Васнецов В. М. (1845-1926) **

Виктор Михайлович Васнецов - русский художник-живописец и архитектор, мастер историческойи фольклорной живописи. Младший брат - художник Аполлинарий Васнецов.
В творчестве Васнецова ярко представлены разные жанры. На раннем этапе в работах Васнецова преобладали бытовые сюжеты, например в картинах «С квартиры на квартиру» (1876), «Военная телеграмма» (1878), «Книжная лавочка» (1876), «Балаганы в Париже» (1877).
Позже главным направлением становится былинно-историческое: «Витязь на распутье» (1882), «После побоища Игоря Святославича с половцами» (1880), «Алёнушка» (1881), «Иван-Царевич на Сером Волке» (1889), «Богатыри» (1881-1898)
«Царь Иван Васильевич Грозный» (1897), «Бой Добрыни Никитича с семиглавым Змеем Горынычем» (1918), «Кощей Бессмертный» (1917-1926).

Богатыри

Валерий Штормовой

Этюд на картину Васнецова

Воплощенье силы богатырской,
Нашей славной Родины мужи,
Вы стоите на земле Российской,
Зорко охраняя рубежи.

Голубеет небо над простором,
Необъятна ширь земли родной.
На границе встали вы дозором,
Чтоб хранить, беречь ее покой.

Процветай же, матушка-Россия,
Хорошей и славься ты в веках!
Пока есть богатыри такие,
Никакой тебе не страшен враг.

Боян

Валерий Штормовой

Этюд на картину Васнецова

У брега Днепра, средь широких степей
Струн гуслей звук слышен далеко.
Князь вместе с дружиной внимают напев
Бояна на холме высоком.

Певец им старинную песню поет,
Рукой ударяя по струнам.
И всех захватил его песни полет,
Его сокровенные думы.

Огонь вдохновенный у старца в очах,
Гремит вещий голос могучий.
То рыскает он серым волком в лесах,
То соколом сизым бьет тучи.

В той песне Бояна вся правда Руси,
И счастье ее, и невзгода -
Всем служит опорой в суровом пути
Великое слово народа.

Витязь на распутье

Валерий Штормовой

Этюд на картину Васнецова


На скакуне своем беспечно
Ты по степным просторам мчал
И в той дороге бесконечной
Вдруг страшный камень повстречал.

На нем зловещими строками
Смог кто-то властно начертать:
«Кто перейдет за этот камень,
Тому в живых уж не бывать!»

И в подтвержденье худшей доли
Лежит здесь череп на земле
И черный вран кружит над полем,
И даль теряется во мгле.

Остановился ты в раздумье:
Как быть, как честь не потерять?
Путь дале продолжать - безумье,
Вернуться - будут презирать.

О витязь, брось свои сомненья!
Напрасно держишь ты коня.
Вперед - на подвиг, на сраженье!
И слава окрылит тебя.

Царь Иван Грозный

Валерий Штормовой
Этюд на картину Васнецова
В роскошном царском одеянье
Ты выступаешь из палат.
А на лице печать страданья,
И тяжкой думой ты объят.

Глаза, что смотрят исподлобья,
Угрюмы, мрачны и темны.
Как много душ на месте Лобном
Казнил напрасно, без вины.

Твои опричники с Малютой
Опустошали все вокруг.
Боялся их как смерти лютой
Весь православный русский люд.

Но ты и сам боялся дико
Измен, предательства бояр,
Боялся всей Руси великой,
Хоть правил в ней как государь.

Держал страну большую в страхе,
В разрухе, в казнях и войне...
Да, жаль, что шапка Мономаха
Досталась именно тебе.

Васнецов. С квартиры на квартиру

Владимир Гусев Тульский

Виктор Михайлович Васнецов " С квартиры на квартиру" 1876 год.

На них промозглый город смотрит хмуро,
В тумане утра прячась от стыда:
Две сгорбленные, жалкие фигуры,
Бредущие неведомо куда.

Ещё закрыты рынки и трактиры,-
И улицы в объятьях тишины…
А их хозяин выбросил с квартиры,-
Остались за три месяца должны.

Наивны и беспомощны, как дети,
На них свалилось множество забот.
Съезжать велел хозяин на рассвете,
А то городового позовёт!

В глазах их столько горя, столько боли!
У старика есть где-то там дружок,
Работал с ним учителем он в школе.
Быть может, отведёт им уголок?

Считают, что бранить судьбу негоже,
Всю жизнь прожив по съёмным уголкам,
Весь скарб их в узелочке из рогожи.
Да много ли им надо старикам?

Была б кровать, да маленькая печка,-
Пусть хоть подвал, или какой чердак
Господь им дал два любящих сердечка.
Сердечкам этим врозь нельзя никак!

Туманом утро город застилает.
Над Питером ползёт седая мгла.
Бездомный пёс тревожным, хриплым лаем
Им говорит, что в мире много зла.

В. М. Васнецов 1880 Ковер-самолет

Владимир Нехаев 

На ковре-самолете
Иван
Доставляет Жар-птицу
В клетке.
Над осенним пейзажем-
Туман,
Лес без листьев,
Лишь голые ветки.
Совы - верные слуги Яги,-
Навигаторы и охрана,-
Машут крыльями,
Режут круги,
Не спуская глаза 
С Ивана.

А ковер-самолет летит,
Расстояния поглощая!
Твердо Ваня вперед глядит,
Он , царевну свою выручая,
Всех, конечно, врагов победит!
Это с детства мы с вами знаем…

А художник из сказки в быль
Переносит нас, зрителей, с вами.
Время сдует 
Наносную пыль
И Жар-птицу
Доставит Ваня…

Василий Михайлович Васнецов написал картину в 1880 году по заказу Саввы Мамонтова для украшения интерьеров железнодорожного ведомства, но, чиновники отказались, не видя связи с тематикой ж/д, и, выдержав шквал критики и похвалы, картина попала в коллекцию Нижегородского государственного художественного музея. 

Васнецов В. М. 1904 Страшный Суд

Владимир Нехаев 

Нам каждому предстать
Придется тут,
Где справедливый и суровый Суд,
И где уже поблажки 
не дают,
здесь на весах решается судьба:
На левой чаше - добрые дела,
Которые успел ты совершить;
На правой чаше - все ,что ты за жизнь
Не только сделал,
Но и что помыслил
Греховного.
И все равны пред ним,
Судом, который сам Господь вершит,
И отправляться в рай 
Позволят лишь одним,
А падать в ад
Придется остальным…
Все перед тем Судом
Равны наперечет,
Попав туда
Нежданно-неизбежно:
Сословия, достаток-
Все- не в счет,
Лишь суть твоих
Стараний и поступков,
Вся жизнь твоя
Идет теперь в зачет,
Мгновений череда 
безбрежных, 
грешных!
Душа-подросток
Пред судом дрожит,
Трепещет,
Ждет:
Ну что же
Суд решит…

И где тот рай,
А вот он,- ад кромешный!...

Задача сложная художнику была
Для росписи Георгиевских фресок… 

И автор дал возможность нам 
Сполна
Задуматься,
Взирая с интересом,
И, помолясь,
Покинуть молча храм.
И дальше жить.

Решать ты должен сам.

Фреска для Георгиевского собора написана В.М.Васнецовым в 1904 году, а прежде он уже написал две подобные фрески для других храмов.

Иван-Царевич на Сером Волке. В. М. Васнецов. 1889

Елена Казанцева 4

Дремучая чаща, где ветви сплелись
И корни укрыли всю землю.
На Волке огромном в тревоге слились
Царевич с Прекрасной Еленой.

Но нет, то Елена смирилась с судьбой,
Доверилась - будь, то, что будет!
Иван напряженно вертИт головой -
Красавицу он не уступит!

Сам Волк вызывает большой интерес -
Глаза у него человечьи!
В них дикости нет, а вот преданность - есть!
Он оборотень, и навечно.

И Волк выбирает запутанный путь,
Сквозь самую чащу густую.
"Летит", не давая себе отдохнуть,
Угроза пока существует.

Устал, бедолага, и трудно дышать,
Все силы его на пределе.
Но надо немного еще пробежать...
И ветер пушистый хвост стелет.

Одежда героев - в контрастных тонах
Пейзажу недоброго леса:
Парчовый кафтан, платья голубизна,
Каменья на ножнах, эфесе,

Уборе богатом Елены самОй.
Жемчужные бусы, сапожки -
Все служат детали здесь цели одной -
То сказка, и все понарошку!

А в сказке добро побеждает всегда,
И, значит, погоня отстанет.
Цветущая яблонька скажет нам: - "Да!
Все зло непременно растает".

Снегурочка. В. М. Васнецов. 1899

Елена Казанцева 4

(Из цикла "Картины-сказки В. М . Васнецова".)

Луна льет серебристый свет,
Тиха, волшебна ночь.
Из леса на глубокий снег
Весны с Морозом дочь

Ступила маленькой ногой
И встала, оглядясь.
Лес был всегда ей дом родной,
Она же рвет ту связь.

Черты лица так хороши,
И слез полны глаза.
О чистоте ее души 
Белейший снег сказал.

Прелестный золотой наряд 
Художник подарил.
А в шапочке и кроткий взгляд,
Так женственен и мил.

А лес не хочет отпускать,
Предчувствием томим.
Вот впереди стоит капкан,
А позади, глядим,

Деревья, в страхе за нее,
Пооткрывали рты,
И за спиной сиянье чье? -
Не разобрать черты!

Мороз ли или мать-Весна
Летят незримо вслед,
Прощаясь с дочкою? - Вольна
Идти к тому, в ком свет...

В чудесный образ Васнецов
Вложил ту красоту,
Что из народных взял основ,
И сердца чистоту.

Царевна-Лягушка. В. М. Васнецов. 1918

Елена Казанцева 4

На опушке кукует кукушка,
На болоте тоскует лягушка.
Не простая лягушка, но тайну
Тот узнает, чей выстрел случайный

Прямиком приведет на болото,
Тот, кто, может, возьмет с неохотой
Это чудо - лягушку, что в жены
Предлагает себя так смущенно.
---
Это присказка к дивной картине,
Что нам взор услаждает доныне:

Видим дЕвицу в платье зеленом
С головою, назад отклоненной.
Чуть не до полу косы змеятся,
Грациозно изогнута в танце.

Хороша, по всему, она очень -
Музыканты уставили очи,
Улыбаются, в такт ей ногами
Подтанцовывают, головами.

Белоснежна под платьем сорочка,
И в руках держит угол платочка.
Василиса* не просто танцует,
Волшебством своим словно чарует.

Повела она левой рукою -
Создала синь озер пред собою.
Встрепенулся платочек, взлетая -
Поплыла лебединая стая!

За озерами спеет пшеница,
В деревеньке народ веселится,
Позади лес встал темной стеною -
Это русское, наше, родное!
Небосвод голубой светел, ясен,
Лебединый полет так прекрасен!

А палаты, где пир - расписные,
А у столиков ножки резные,
На столе - всевозможные явства,
Белоснежная скатерть в убранстве.

И картина для нас оживает -
Василиса, краса молодая,
Сбросив кожу свою лягушачью,
Покоряет своей русской статью.

Так из сказок, былин вдохновенье
Находил Васнецов для творенья.

* - Василиса Премудрая была превращена в лягушку.

Царевна-несмеяна. В. М. Васнецов. 1914-1924

Елена Казанцева 4

А царевна Несмеяною слыла
И расстраивала царские дела.
На высоком троне, в грусти целый день.
И печалиться, как видно, ей не лень.

Царь-отец вконец измучился - беда!
Нету с дочкой пониманья и следа!
Все придворные и гости, как шуты -
В каждом теплится надежда рассмешить.

Ведь недаром обещался царь-отец - 
Улыбнется Несмеяна - под венец!
И приданого полцарства, как всегда.
Вот на этом успокоится тогда.

Только смотрит Несмеяна свысока,
А в глазах ее вселенская тоска.
Ох, как скучно ей, и вовсе не смешно:
Год за годом, день за днем - ей все одно.

И не смотрит на галдящую толпу,
А лелеет свою девичью мечту:
Вот покажется царевич у ворот,
И на волю наконец-то увезет...

Васнецов не зря ей трон соорудил
И в одежды белоснежны нарядил.
Показал художник пропасть, что была,
Меж царевной и толпою пролегла.

Полон символами сказочный сюжет.
Говорит такую вещь искусствовед,
Из слоновой кости трон - не просто так!
Будто, это суть России в тех годах*.

* - Трон из слоновой кости по народной традиции символизирует центр мира.

В. М. Васнецов Затишье 1881 г

Елена Ярина

«Дремлют сосны. Дремлют дали.
Отдыхая, дремлет лес.
В воды тихие упали
Отражения небес.
Под сосной сижу я в думах…
И затишье, и покой -
И в шептанье хвой угрюмых
Радость жизни предо мной».
                   В. А. Гиляровский

Поэтика покоя и воды
Уводит гладь нас вглубь и бесконечность.
Мы понимаем, что такое вечность,
Где есть покой, и никакой беды…

И сосны, липы…лебеди плывут
Возвышенно, красиво, безмятежно.
И дремлет лес. И в сердце зреет нежность.
И облака как мысли все текут.

Вот так и я за белой парой вплавь
В «шептанье хвой угрюмых» и в затишье.
Лишь ветра шум и плеск воды чуть слышно…
Страница жизни - только озаглавь.

И воду созерцая и пространство…
Как хорошо, вот так бы плыть и плыть,
Перетекать в покой как в постоянство,
И с бесконечным наслажденьем жить.

Дышать и жить, и радоваться небу,
Лесным красотам, паре лебедей,
Их нежности , калейдоскопу дней…
Вот так и плыть и теченью мне бы.

Пусть не пугает темная вас гладь,
Ведь небо голубое снова ясно.
Природа - вдохновенна и прекрасна.
Покой в душе - такая благодать.

В. М. Васнецов Портрет А. Куинджи 1869 г

Елена Ярина

Южанин - грек Архип Куинджи
Красив, талантлив. Сила! Дух!
Портрет написан был при жизни.
Друг Васнецова, многих друг.

Какая цельная натура
И с шевелюрой голова,
И коренастая фигура.
Все это видим - не слова…

Взгляд исподлобья крупным планом,
Он так приковывает нас.
С судьбой он спорит как ни странно.
Усилье воли темных глаз…

Талант от Бога. Все по праву.
Всего трудом добился сам.
Упорство, цель, а там и слава
За ним ходила по пятам.

Судьба была суровой, строгой,
Но сделать многое сумел.
К успеху проложил дорогу,
Достиг того, чего хотел.

Неповторимый мастер жизни.
Полотна все - любви залог.
Южанин-грек Архип Куинджи…
Ему и слава, и венок!

В. М. Васнецов Царь Иоанн Грозный 1897 год

Елена Ярина

Сам Иоанн стоит пред нами
В народе - Грозный и мудрец.
Чело и очи видим сами,
И царь, и грешник, и отец.

Изображен он на ступеньках,
На лестнице ведущей вниз,
В палатах знатных. Вот семейка.
К царю получше присмотрись.

Его парчовые одежды
И с горностаем воротник
Не оставляют нам надежды
И холод в душу к нам проник.

На нас недобрым смотрит взглядом,
Угрюмым - это неспроста.
Да были на Руси все рады
И совесть, чья была чиста?

В расшитой темной рукавице
Он опирается на посох.
В кошмарных снах убийство снится,
Что самому бывает плохо.

В руке мы правой четки видим.
Молиться до последних дней,
Чтоб так народ свой ненавидеть,
Кто на Руси царя сильней?

Орлиным взором потрясает.
Какие очи у него!
Во гневе - страшен. Проклинают
Убийцу сына своего.

Никто не мог ему перечить
В пиру, за праздничным столом.
Вот так поспорил с ним царевич
И был убит тотчас отцом.

Такого вряд ли кто забудет.
На это много есть причин.
Немало мук терпели люди
И трепетали как один.

Во многих бедах виноватый,
Душа как темное пятно.
Как памятник среди палаты…
Узоры, роспись стен, окно.

В себе уверен. Без креста.
Пусть на Руси его боятся,
А он боится лишь Христа,
Чтоб непрощенным не остаться.

Боится Страшного Суда
И неминуемой расплаты.
Грехов тяжелых череда
За ним влачится по палатам.

Проем оконный, а под ним
Мы видим надпись - уцелела.
Прочесть удастся вам самим
Молитвы покаянной - дело.

В оконце - белая Москва,
Пейзаж - заснеженные крыши,
И колоколенки - глава,
И человек - шагов не слышно.

И никому нет до царя
Его терзаний, тягот - дела.
В палате мрачный он не зря,
Подобен грозной туче - в целом.

Художник создал сей портрет.
Написан вовсе не с натуры.
Царь Иоанн, сомнений нет, -
Властитель, страшная фигура!

В. М. Васнецов. Витязь на распутье. 1882

Иван Есаулков

Пролейся, мой спокойный стих,
И будь совсем раскован.
В картине богатырь притих,
Как будто очарован.

Здесь даже мелкая деталь
Нужна и не условна.
Степь широко раздалась вдаль,
Пустынна и безмолвна.

Над нею вороньё кружит,
И веет тихой жутью,
И камень бел-горюч лежит,
И витязь на распутье,

У перекрёстка трёх дорог,
Где черепа и кости.
Того в степи рок подстерёг,
Кого не звали в гости.

На камне заревой отсвет,
Беду он предвещает,
Но витязь не боится бед,
Он просто размышляет.

И неподвижен белый конь,
Стоит, расслабив ноги,
Потом он, только его тронь,
Помчит любой дорогой.

Над степью дремлет тишина,
Вдали заря алеет.
Решимость в витязе видна:
Он рок преодолеет,

Готов хоть в воду, хоть в огонь,
Хоть в бой за Русь святую.
Сейчас помчит могучий конь…
А мысли те - впустую!

Поедет витязь напрямик,
Не влево, не направо -
Он к испытаниям привык
И вновь добьётся славы!

В. М. Васнецов. Гусляры. 1899

Иван Есаулков

Гусляры поют неторопливо,
Трогают перстами плавно струны,
Льётся их сказание красиво…
Слева сел на лавку парень юный,

А лицо как писано с иконы.
Он на гуслях трепетно играет,
И печально-ласковые звоны
Правою рукою извлекает.

Рядом с ним сидит старик с седою
Бородою, длинной, белоснежной.
Гусли трогая рукой худою,
Он поёт задумчиво и нежно.

Увлечён игрою тот, что справа,
Голову склонил, взмахнул рукою.
И поют они про лес и травы,
Про поля и небо над рекою.

Льётся песня о родном просторе,
О прекрасном и далёком прошлом,
О сегодняшней нужде и горе,
О грядущем - славном и хорошем.

Льётся песня и легко, и звонко
Про былые битвы и походы
И про сердцу милую сторонку,
И про детства памятные годы.

Лишь слегка касаются струн руки,
В дали неизвестные уводят,
И летят, не затихая, звуки,
Поднимаясь прямо к небосводу...

В. М. Васнецов. Иван-Царевич на сером Волке. 1889

Иван Есаулков

Лес заповедный, как живой:
Деревья ветви-руки тянут,
И пахнет чахлою травой,
И испарение дурманит.

И будто чуешь, как шуршит
Листва, как яблоньки цвет пахнет,
Как лес встревоженно шумит
И как трава-осока чахнет...

Кто неожиданно возник,
Из чащи выскочил дремучей? -
Через болото, напрямик,
Волк мчится, словно конь могучий.

Не зря я вспомнил о коне:
Волк серый знает себе цену,
Неся Ивана на спине,
А с ним Прекрасную Елену.

Скупые солнышка лучи
С трудом пробились сквозь чащобу.
Без остановки Волк всё мчит,
А седоки печальны оба.

Глядят на них тетерева
И даже вытянули шеи.
К нему склонилась голова
Елены. Держится смелее

Иван, но тоже напряжён -
Тревожат шорохи лесные! -
И будто понимает он,
Что братья умертвят родные,

Когда захочет он прилечь,
Что наступает время бедам...
В узорных ножнах острый меч
Летит за ним по ветру следом.

А как пленительна она:
Очаровательна, нарядна,
Грустна, испугана, бледна,
Но рядом - он, и ей отрадно

Мечтать, как он её спасёт
И одолеет все напасти.
А серый Волк их принесёт
К свободе и, конечно, к счастью!..

Хорош у сказки сей конец.
Для русских сказок - то не диво! 
Иван с Еленой под венец 
Пойдут и заживут счастливо!

В. М. Васнецов. Снегурочка. 1899

Иван Есаулков

Непроглядный тёмный лес.
Вдалеке видна деревня.
Льётся лунный свет с небес.
Вид загадочный и древний!

Берендеева страна
Волшебством к себе поманит...
Встала девушка одна
На искрящейся поляне,

Наслаждаясь тишиной,
Слыша дальний звук свирели, -
Это ночью под луной
Раздаётся песня Леля.

Спят и птицы, и зверьё.
Лес Снегурку окружает.
Настроение её
Вся природа повторяет.

Рядом ёлочки стоят.
Снег искрится под луною.
Ветки льдинками звенят
У берёз порой ночною.

А предчувствие беды
На душе тревогу сеет...
И не пролегли следы
К деревушке берендеев.

В. М. Васнецов. Царевна-лягушка. 1918

Иван Есаулков

Царский пир давно в разгаре.
Поднимались с мёдом чаши.
Музыканты все в ударе,
Так что ноги сами пляшут.

И лягушка превратилась
На пиру этом в царевну,
В плавный пляс она пустилась,
Поплыла с платком степенно.

Левым рукавом взмахнула -
Воды озера застыли.
Правый плавно протянула -
Белы лебеди поплыли.

Вслед за облаками в небе
Закружились их собратья.
Василиса, словно лебедь,
Поплыла в нарядном платье...

Лодочка застыла в водах -
Старичок рыбачит тут.
Водят девки хороводы,
Песни звонкие поют.

С ними парни на лужайке
Затесались в хоровод.
Ах, как лихо балалайка
Ритмы танца задаёт!

Гусли весело играют,
И рожок им вслед гудит.
В водах озера ныряя,
Солнце весело глядит.

Лихо плещется в водице,
Жемчуга брызг рассыпая.
И плывут степенно птицы,
Лебедят своих купая.

Настоящая деревня
За озёрною водой -
Избы, изгородь, деревья,
Поле с рожью золотой...

В. М. Васнецов. Царь Иван Васильевич Грозный. 1897

Иван Есаулков

Стоит он перед нами: царь
И человек... тиран
И всей России государь...
И грешный мних - Иван.

В наряд старинный царь одет,
В парчу и жемчуга.
И топчет много-много лет
Ковёр его нога,

С двуглавым тот ковёр орлом
На лестнице лежит.
Глаза царя сверкают зло,
В них бешенство дрожит.

У ног оконце, что едва
Заметишь, зритель мой.
Там деревянная Москва
Заснеженной зимой.

Москва старинная. Зима.
Шестнадцатый шёл век.
Видны в оконце терема,
На острых крышах снег.

Жизнь всей Москвы у царских ног,
Как будто бы во сне...
Он возвышается как бог
На этом полотне.

Вершить он может божий суд,
Порукой - царский чин,
Хоть самого и не спасут
Моления в ночи.

Перебирает чётки царь,
Все жертвы возлюбя,
И шепчет, словно пономарь,
Молитву про себя.

Герои Виктора Васнецова

Иван Есаулков

Как васнецовские герои
Похожи в чём-то и отличны! -
Они не сказочны порою,
А просто-напросто обычны.

Бедны, богаты ли - не этим
Они нас, зрителей, прельщают
И занимательным сюжетом
Развлечь совсем не обещают.

Реальны, жизненны, правдивы
Его герои поначалу...
Вдруг перемена - всем на диво!-
В его картинах прозвучала.

Неторопливо и не сразу,
Порою даже неохотно,
Вошли герои русских сказок
В его известные полотна.

Стары они иль слишком юны,
Печальны или очень гневны
Богатыри и Гамаюны,
Алёнушки или царевны.

Знакомы с детских лет до жути,
Воспринимаемые просто,
То это - витязь на распутье,
То это - Сирин с Алконостом,

Иван-царевич, Несмеяна,
Снегурочка, Кощей Бессмертный,
Иль витязи вокруг Баяна -
Его герои все бессмертны!

После побоища Игоря Святославича с половцами

Людмила Ревенко 

По картине В. Васнецова 

Не хотели вместе быть…
Спят князья навеки.
Смысл раздора - взорван быт -
Не отбить набеги.

Донеси, орёл степной, 
Воин пал сражённый ...
Половцы своей ордой 
Пеший или конный

В степи уведут в полон 
Мать, жену, невесту,
К идолам своим в поклон
Кланяться не к месту.

Силой заберут они 
Щит, меч и шеломы,
Разведут в степи огни…
Павшие - соломой.

"И кровавого вина 
Вдоволь доставало, 
С диска лунного текло, 
Что вдали вставало..." 

Не пшеницей - васильком -
Дикой повиликой 
Поле брани зарастёт 
На Руси Великой. 

С квартиры на квартиру. По картине В. Васнецова 

Людмила Ревенко 

Где теперь старики твои?
Ты давно ли писал им письма?
Вот бредут вдоль реки они,
Не имея ни сил, ни мысли

Думать, кто приютит сейчас,
Где со скарбом развяжут узел?
Крепнет Сиверко каждый час,
Будет найден ли к ночи угол?

Нет тепла и покоя нет,
Без забот хотя бы день ясный...
Впереди ещё сколько бед,
Но порой все труды напрасны...

Нездоровый румянец щёк,
Рук дрожание и усталость,
Тянет плечи к земле мешок...
Одинокая злая старость... 

Царь Иван Васильевич Грозный. По картине В. Васнец 

Людмила Ревенко 

Мы стоим на лестнице 
Все сегодня выше,
Пробежали весело 
Прежде, чем Он вышел.

Не пришлось (и не вопрос),
Нам его увидеть,
И услышать волю гроз,
Каждого обидеть.

Не изведали мы страх,
Обысков, арестов,
И никто не знал атак
Обороны Бреста.

Знаю, каждому пройти
Нужно по ступеням.
Хорошо, когда всё ввысь,
А не книзу, к теням. 

Васнецов В. М. После побоища... 

Марина Барщевская 

Холодный воздух вечера отравлен.
Оплавленной свечёй закат потух.
К медвяным ароматам многотравья
Примешан сладковатый крови дух.

Примяты горецвет и овсяница,
Роса упала на промокший луг...
Уже над ним ночной туман сочится,
Луны кровавой прикрывая круг.

Что, глупые стервятники, сцепились?
На всех добычи хватит с головой!
С врагами войны игоревы бились,
А нынче сон сморил их вековой.

Здесь юный князь, пронизанный стрелою,
И зрелый муж к земле родной приник.
А рядом-враг с пробитой головою,
В его устах застыл последний крик....

Конец всему придёт,-так в жизни надо.
Мгновения летят, века ползут.
Проходят войны. Пляски до упаду
На смену ратным подвигам идут.... 

Васнецову

Наталья Солошенко

Виктор Михайлович Васнецов-
Один из гениев-творцов,
Художник-сказочник, кудесник!
Воссоздал сказку будто песенник:
"Алёнушку","Богатырей",
Чьи образы стали живей,
Писал пейзажи и портреты,
Создал полотна, в них сюжеты:
Иван-Царевич, Серый Волк,
Князь Ростислав и Святополк,
О Спящей царевне,Несмеяне,
Кащее Бессмертном и Баяне.
Художник- график, иллюстратор,
Великолепный декоратор!
Любимый сын Отечества,герой,
Лишь только Русью жил одной.

Иван Грозный 

Нина Шендрик 

Рецензия на «Иван Грозный Васнецова» 

Наследник царства долгожданный,
Судьбой отмечен с ранних лет,
Потряс удар грозы нежданный 
Когда родился он на свет.

Он попирал ногой Россию,
Повсюду сеял ужас, страх,
И блеск пронзительный несытый
Как у стервятника в очах.

Власть самодержца абсолютна,
Власть необузданных страстей.
За ним Опричнина, Малюта
Убийство сына, цепь смертей

Трагичный взор сверкает люто,
Безумец царь или злодей? 

Девушка с кленовой веткой 

Нина Шендрик 

В. М. Васнецов Девушка с кленовой веткой. 1896 г

Как будто жизнь вобрал портрет
Красавицы Веруши,
И сквозь туман минувших лет
Волнует наши души

Глубокий, ясный, нежный взгляд,
Стройна как ветка клена
За ней густой, тенистый сад
Стеной застыл зеленой.

В любимом платьице простом,
(И в нем потом венчалась).
Сама похожа на цветок.
Ей жизнь сулила радость.

Как клена сломленная ветвь,
Ушла, едва успев расцвесть. 

В. М. Васнецов. Снегурочка. 1899 г 

Ольга Петровна Попова 

Самобытные мотивы
Русского фольклора
На картине так правдивы,
Как снегов просторы,

Как загадочность лесная,
Волшебство средь ночи,
Но Снегурочка земная
И красива очень.

Героиня идеальна -
Воплощенье неба,
Перед ней чиста поляна
С ярким блеском снега.

Светлый цвет её одежды
Из парчи, с узором,
Образ видим женский, нежный,
С удивлённым взором.

Озираясь, растерялась
Под луною мрачной…
Из легенд в лесу осталась,
Нашей став удачно.

Идеал России снежной,
С ощущеньем тайны,
Воплотил, как быль, с надеждой
Автор в мир реальный.

Цвет картины, словно сказка,
Лишь холодной гаммы…
В окнах светлых есть подсказка -
Чувств глубоких самых. 

Васнецов. Велик художник...

Светлана Ветер

Васнецов. Велик художник.
Добродей и чародей.
Солнца красного острожник -
Холст, смотрящий на людей.

Волк, бесстрашною лавиной,
Через вёрсты, тёмный лес.
Восхитительна картина.-
Всем смертям наперерез,

До последнего дыханья
У погибельной черты.
Верный друг - высоко званье
В мире слёз и пустоты.

Нужно, кинется в пожар,
Где огонь страшнее зверя,
Волк, и сед уже, и стар,
В дружбу сердцем свято верит.

Друг за двух - и не иначе,
Вьюга ль по полю метёт,
Завывает, громко плачет.
Волк - вперёд, вперёд, вперёд...

Серый Волк, Иван-царевич,
Красок звучных полотно.
Всех страданий не измерив,
Не поймёшь, что суть в одном.

Васнецов. Велик художник,
След оставивший в сердцах.
Вот закапал тихо дождик.
Помяните, коли так.

Иван-царевич на Сером Волке
Татьяна Зрелова

Мчится Серый Волк по лесу
С ценной ношею стрелой.
Словно конь, проворный, леший
Заколдованный, немой.
В чаще темной, непролазной,
Мчится волк и видит свет.
Бурелом закрыл прекрасный
Ослепительный рассвет!
Он волшебными ноздрями
Ощущает русский дух.
Там, за мрачными ветвями,
Видит город серый друг.
На хребте его колючем
Едут всадники верхом.
Царский сын, мрачнее тучи,
Меч сверкает за седлом.
Спит в объятиях супруга
Его нежная жена.
Держит крепкая подпруга
Золотые стремена.
Он с Еленою Прекрасной
Небесами обручен.
И участливо, и властно
Льется свет со всех сторон.
Преклонились вслед влюбленным
Чуть дрожащие кусты,
И вздыхают восхищенно
Дикой яблоньки цветы...

В. Васнецов. Иван царевич на сером волке

Юлия Зазимко

Где-то плачет старенький Кощей,
От бессмертья подустав порядком,
Так и не познавший трех вещей
В долгой жизни сказочно-несладкой.

Ни любви, ни дружбы не имел,
Небыло здоровья в хлипком теле.
Побледнел бедняга, похудел,
Сам себе не рад, на самом деле.

Серый волк несется через лес,
С Василисой и Иваном скачет...
Седенький Кощей остался без
Запоздалой, призрачной удачи.

Он в погоню не пустил гонцов,
Понимая, что не будет толку,
И сжимает в кулаке яйцо,
А в яйце та самая иголка.