19.10.2015

Средневековье (5-15 в.в.) *

Средневековый город

Александра Белова 4

Город средневековый проснулся,
Прогремела большая телега,
И идет на базар кухарка,
Чтобы рыбы купить в обеду.

Рыжий пес у ног ее мечется,
Он, наверное, ждет подачки,
Загремели гиганты обозы,
Понеслись с дикой скоростью тачки.

У собора идет торговля,
Запах рыбы над всеми витает,
Черный кот заурчал, облизнувшись,
Как поесть попросить он не знает!

Подскакала гнедая лошадка,
С темно-серой густою гривой,
На ушах из соломы шляпка,
Худовата, но в общем красива.

За собою тащит телегу,
А в телеге стоят кувшины,
Да, лошадка вынослива очень,
И, конечно же, лучше машины!

И подходит кухарка к телеге,
Чтоб сметану купить, молоко,
В небе чайка стрелой пролетела,
что поесть ей видать далеко!

Ну а площадь почти опустела,
Солнце медленно наклонилось,
И собора шпиль загорелся:
Его солнце позолотило.

Вой собак еще где-то слышен,
Чья-то песня вдали замирает,
Над серебряным шпилем собора
Вечерний закат догорает...

Эхо Средневековья

Виктория Рощина

Мир так изменчив, как всегда,
Растут и гибнут города.
Россию грабит там Орда.
А что тогда в Италии?
Она, подруга Талии,
Чеканит и медалии.
Петрарка… С ним - Боккаччо.
У Данте - все иначе.
А Генуя с Венецией златые прячут.
А Греция? Упразднена
И турками покорена,
Налита кровью допьяна.
Во Франции Капетингам конец,
Столетнюю войну начал юнец.
Страна в закланье, как агнец.
Подлец ей правит иль дурак,
Над Францией английский флаг.
Долг призывает Жанну Д’Арк.
Опричины - последний шанс.
В Италии? Там - Ренессанс.
В Константинополе - намаз.
Испания проникла в Новый Свет
И Португалию торопит вслед,
А Френсис Дрейк ведет корвет.

Средние века

Екатерина Вадзинская

Мы очень часто забываем,
На вещи глядя свысока,
Что всё, что душу украшает,
Нам дали средние века.
Возьмите в качестве примера
Из тех времён любой сюжет -
Здесь вам и светские манеры,
Здесь вам и тонкий этикет!

Ах, эти средние века,
Расцвет морали и искусства!
Какой восторг! Какие чувства!
Как жизнь прекрасна и легка!

Балы, прогулки и дуэли,
Турниры рыцарей лихих
Сейчас, конечно, устарели,
Но не забудем мы о них.
Ах, если б только было можно
Вернуться в те века опять,
Но очень жаль, что невозможно
Назад былое возвращать!

Средневековье


Константин Мишенин

Средневековье, бездорожье,
Сердца из глины и огня.
И правду смешанную с ложью
Приемлет древняя земля.

Комедианты и прелаты,
Монахи, ведьмы и шуты,
И рыцари в блестящих латах
Несут печальные кресты.

И как химера отрешённо
Чума соседствует с войной.
И небо пламенеет сонно
Над разорённою страной.

А замок словно привиденье
Стоит как перст среди земель.
И горожанин ждёт знаменья
И поселянин ждёт вестей.

Средневековье, бездорожье,
Сердца из глины и огня.
И слово истинное - божье
Приемлет древняя земля.

Средневековье

Олег Бучнев

Гуттаперчевая слава
Гуттаперчевых идей,
Одурманенная лава
Обезумевших людей.

Остро колющие искры
Инквизиторских костров,
Жуткий посвист очень быстрых
Безыдейных топоров.

И в звенящие оковы,
В подземелий стылый кров -
Отрезвляющее слово
Не зашоренных умов!

Сыромятный выхлест плети,
Черной глыбой - эшафот,
И глядят с восторгом дети
На кричащий смертно рот...

Скорбный груз средневековья
Тащим мы и до сих пор,
Но следим, чтоб реки крови
На чужой свернули двор.

Горделива, величава,
Нас влечет в потоке дней
Гуттаперчевая слава
Гуттаперчевых идей.

Научная революция

Оскар Хуторянский

В истории бывали взрывы,
Как гром, сквозь полной тишины,
Иль больше, как поток лавины
С спокойных гор и с вышины.

Так век пятнадцатый отмечен
Искусства и науки век,
В Европе, где тысячелетие
Ничто не предвещало свет.

И время было не для пира -
Чума косила стар и млад,
Ислам завоевал пол-мира,
Жил до тридцати - тому и рад.

Но пал тогда Константинополь,
И древних греков манускрипты
Вдруг появились все в Европе,
Их знания вновь были раскрыты.

Америка была открыта,
Вдруг всем раздвинув горизонты.
И Реформация в религии
Открыла дверь в науку многим.

Станок печатный появился
И книги засияло царство,
И Галилей тогда родился
Науке путь открыл в пространство.

Средневековая Европа

Оскар Хуторянский

Падение Рима черной тенью
Европу древнюю коснулось
И прошлых знаний накопление
Лишь через тысячу лет вернулось.

Не до наук - тогда не время
Европу осаждали готты,
Вандалы, гунны и авары,
Арабы, викинги, мадьяры,
Средневековья было бремя.

И греческий язык забыли,
(Тогда цвела лишь Византия),
Латынь в монастырях хранили
На ней служили литургию.

Известно были лишь обрывки
Работ Платона на латыни,
Из Аристотеля страницы
И краткий курс учебы в Риме.

Тогда ведь даже Шарломей
Едва умел поставить подпись...
Багдад тогда столицей всей
Поэтов, мудрецов, ученых.

Там переводы древних греков
Пытались стыковать с исламом,
Там иудеи пять веков
Себя свободными считали.

Но вот крестовые походы
И чудеса из Византии
Да и арабского востока
Европе знаний свет пролили.

И постепенно стало модным
Знать больше о творце, творении,
Университеты при костелах
Там стали центром обучения.

Был переведен Аристотель,
Платон, Евклид, и Птолемей,
С арабского, но чуть, чуть позже
Уже и греческий сумели.

Франциский или серый орден
Был за Платона головою,
Доминиканцы в черной форме,
Им Аристотель был героем.

Связать язычников с писанием
Задача была непроста -
Как логику о мироздании
Связать с идеями Христа?

Акуинас Томас сделал это,
Его трудам благодаря
Стали возможны отклонения
Науки против "жития".

А ведь могла тогда Европа
Пойти путем что шел Ислам,
Где догме вечная корона
Где смерть тому - от догмы шаг.

Начало было Возрождения,
Был слаб и хил его росток,
Но выжил он. Его рождение
Для нас истории урок.

Средневековье

Оскар Хуторянский

И мир Европы раздвоился:
Восточный - Византии строй,
Греко-Славянский получился
Германо-Римский был другой.

Силён был первый Византией
И православием отмечен,
Другой остался с Папой Римским
И католическою церквью.

Падение Рима черной тенью
Европу древнюю коснулось
И прошлых знаний накопление
Лишь через тысячу лет вернулось.

Не до наук - тому не время,
Европу осаждали Гунны,
Как жизнь спасти - вот было бремя,
Зачем им Аристотель нужен.

В Европе греческий забыли,
(Остался он лишь в Византии),
Латынь монастыри хранили -
На ней служили литургию.

Известны были лишь обрывки
Работ Платона на латыни,
Из Аристотеля страницы
И краткий курс учебы в Риме.

Когда великий Шарломей
Едва умел поставить подпись...
Багдад сверкал столицей всей
Поэтов, мудрецов, ученых.

Там переводы древних греков
Пытались стыковать с исламом,
Там иудеи пять веков
Себя свободными считали.

Прошли крестовые походы
И чудеса из Византии
И из арабского востока
Европе знаний свет пролили.

И постепенно стало модным
Знать больше о творце, творении,
Университеты при костелах
Там стали центром обучения.

То было время цифр арабских,
У франков Карл Великий был,
Взлет математики в Испании
А Киев лишь глаза открыл.

Был переведен Аристотель,
Платон, Евклид, и Птолемей,
С арабского, но чуть, чуть позже
Уже и греческий сумели.

Франциский или “серый” орден
Был за Платона головою,
Доминиканцы в черной форме,
Им Аристотель был героем.

Связать язычников с писанием
Задача была непроста -
Как логику о мироздании
Связать с идеями Христа?

Фома Аквинский сделал это -
Его трудам благодаря
Стали возможны отклонения
Науки против "жития".

Так Средний Век берёт начало,
Отсчет на временной оси.
России старт был скромным право,
Век Рюрика пошел в Руси.

Средние века

Парамон Перегрин

Предлагаю сказку вместо были,
чтоб мозги проветрились слегка…
Прочно мы, товарищи, забыли
Средние до ужаса века!

Не для всех хватало пищи, крова,
мог в лесу задрать ужасный зверь…
Да, эпоха та была сурова, -
но ничуть не хуже, чем теперь!

Жгли монахи злобные костры там,
Папа всех в стальной сжимал руке,
И старуха с треснутым корытом
В двести пятый раз брела к реке.

Знали там науки, но превратно,
Потому что мыслить не могли:
Там Земля всегда была квадратна,
И кружил весь мир вокруг Земли.

Пили мед, глодали козью ножку,
(В случае везения - гуся),
За попа, за папу и за божку
Разорвать могли бы всех и вся!

Запрещали ереси и руны,
жили иногда одной мечтой,
Ни за что сожгли Джордано Бруно,
да и Жанну, кстати, - ни за что.

Ждали год за годом, год от года
В эти годы ужасов и зол
Нового - последнего - Прихода,
Но никто, как видим, не пришел.

А теперь, толпой рванувшись в храмы,
Мы, похоже сдвинулись слегка
(Никакой не видя в этом драмы),
В Средние суровые века…

Средневековье

Сергей Михайлович Зуев

Мне жаль, что не вернуть средневековье,
Эпоху ренессанса и манеры
Далёких лет, когда всех дам любовью
Безумною любили кавалеры.

Давно в былом камзолы и корсеты,
На портупеях острые клинки,
Платок, упавший из окна кареты,
Чтобы уста дотронулись руки.

И были в моде, в том далёком прошлом,
Дуэли, как и дамские капризы:
За оскорбленье, дерзость и за пошлость
Перчаткою в лицо бросали вызов.

Мне жаль, что не вернуть средневековья
И возрожденья лет, где шпаги в ножнах
Держались редко и своею кровью
Расплачивались знатные вельможи.

Времён тех не вернуть, и стало жаль мне,
Что не увижу на своём веку,
Как бы в узде всех подлецов держали
Эфесы шпаг, висящих на боку.


Инквизитор

Яков Рабинер
 
(фантазия на тему средневековья)


Почти в бреду он шёл к обедне.
Потом (не зря прослыл гурманом),
Дуря других небесной манной,
Вкушал гуся,
и шерри-бренди.

Под потолком с железной люстрой
Был сервирован стол что надо.
И падре наш, как после глада,
В лоханку рта
бросал моллюсков.

Он должен был сменить собою
Кого-то в камере для пыток
И оставлял еды избыток,
Вина кувшин -
с такою болью!

Все утешали шуткой бедного,
Но мрачно сдвинув стул тяжёлый
И дверь швырнув,
От злости - жёлтый,
Он шёл
пытать и проповедовать.


Средневековье

Яков Рабинер

На острия готического шрифта
Насажены великих предков головы.
Здесь время отдыхает
жирным грифом,
пока палач
льёт в чью-то глотку
олово.

В чумазых улочках - жестокая, развязная
Чума гуляет просто по буфету.
Тела кладёт на кладбище под вязами,
Предвидя в каждом редкую конфету.

Охотятся за ведьмами и кошками.
Пьёт Борджиа в палатах Ватикана.
А перед ним сверкают девки ножками,
Хотя ещё лет триста до канкана.

И остаётся сумасшедший выбор:
Закрыв глаза, задраив воском уши,
Уйти в себя -
глубоководной рыбой
или вписаться
в этот ад на суше.