Стихи про щуку.Стих про щуку для детей

 На щуку кто-то дело в суд подал,
Что будто бы она такое вытворяла,
Что от неё в пруду никто не спал:
Кому приносит смерть, другого обдирала.
Нашли разбойницу в реке
И в корчаге
Ватагой в суд ее втащили,
Хотя чубы все замочили.
Судей коллегия была:
Каких-то два осла,
Негоднейшая кляча
И два козла впридачу.
Народ, как видите такой
Не чересчур ещё плохой.
Как по закону следует,
Лисица правоведом там.
А в роще проносился слух,
Что будто щука очень часто,
Тихонько выбрав день ненастный,
Лисице шлёт налимов двух, 
То сотню карасей свеженьких,
Или линьков толстеньких.
Так вправду было, или это ложь,
У всех  теперь завистников  найдёшь, -
Все ж палачуге,
Как говорится, по заслуге.
Собрались судьи, стали обсуждать:
Что? где? когда? и взять статью какую?
Как ни крути, но правда торжествует,
Концов не скроет уж вода.
Не долго думали-судили,
Распять на вербе щуку порешили.
- Позвольте же и мне другую речь держать!
Тут встрепенулася лисица.
- Преступную  особь  не так судить годится:
Чтоб ее больше напугать,
И чтоб никто уж не пытался,
В реке чтоб щучий  труп остался.
- Брависсимо, все начали кричать.
Сильны лисы резоны,
Пусть щука там утонет. 

***

По воде идут круги -
Ищет щука сапоги!

Обыскала все базары,
Осмотрела все товары,
Примерять взяла сапог...

Спохватилась:
Нету ног!

Огорчилась: - Вот так штука!
Не учла...

Вздохнула щука
И махнула плавником:
- Буду плавать босиком!  

***

В заросшей заводи пруда
Жила большая щука.
Свои не помнила года,
Была размером «с руку».

Коряг придонных и  пеньков
На перечет всех знала.
Где окуньков и чебачков
Ловила и съедала.

Была грозой всего пруда,
Хозяйкой водоема.
Её боялись, и всегда
Оплыть пытались скромно.

Не мало местных рыбаков
Та щука обманула.
А сколько блёсен и крючков
Зубами разогнула.

Но вот однажды дед Щукарь
На пруд заехал этот.
Большущий практик и технарь
Он сто один знал метод.

Он все повадки щучьи знал,
Имел крутые снасти.
И щук немеряно поймал,
Знал слабость щучьей пасти.

На прочность лески проверял,
Готовился серьезно.
С десяток блёсен подобрал
Чтоб не было курьёзов.

Вот спиннинг в опытных руках
И воблер серебрится.
Вот удилища резкий взмах
И в цель блесна  ложится.

Но щука, чувствуя подвох,
На блесны не смотрела.
Но наш Щукарь совсем не «лох».
Он твердо знает дело.

Он за блесной менял блесну.
Настойчивым был слишком.
Но щука поняла канву
И просчитала фишку.

Весь день, не покладая рук,
Крутил Щукарь катушку.
Поймал десяток мелких щук
Но не прельстил старушку.

Решил он снасти поменять,
Живцов словил умело.
Он свой азарт не мог унять
И вновь взялся за дело.

Расставил в заводи кружки
С уменьем и сноровкой.
Настроил чутко сторожки,
Чтоб не проспать поклёвку.

Но нет везенья, хоть убей,
Заветной нет добычи.
Поймал трёх добрых окуней,
Двух судаков приличных.

Но не за ними же на пруд
Наш рыболов приехал.
Он знал, терпение и труд,
Вот он, залог успеха.

Но наша щука прожила
Лет много не напрасно.
Любого рыбака могла
Обманывать прекрасно.

И за азартом Щукаря
Лениво наблюдала.
Ну, пусть потрудится зазря
И мимо проплывала.

Щукарь, измотанный вконец,
Про акваланги вспомнил.
Ведь с гарпуном его отец
Учил подводной ловле.

Наш дайвер погрузился в пруд,
Предчувствуя удачу.
Словно во глубь сибирских руд,
Как аргентинский мачо.

Боится лишний раз вздохнуть,
У дна скользит он тенью.
Не просто щуку обмануть,
И здесь нужно терпенье.

В тени больших коряг у дна
Увидел дайвер щуку.
Она была едва видна.
Не менее, чем «с руку».

И точно в цель летит гарпун,
Под жабру проникает.
Аквалангиста, как тайфун.
За руку увлекает.

Неутомимо, как снаряд
Невиданная сила.
Тянула дайвера вперёд.
Вытягивая жилы.

Так продолжалось битый час,
А кислород кончался.
И дайвер мысленно у нас
Уж с жизнею прощался.

Гроза и страж всего пруда
Заметно подустала.
Сказались, видимо года
Ведь было ж их немало.

Вот дайвер наш, едва живой,
На брег песчаный вышел.
И тянет щуку за собой,
Как горн кузнечный дышит.

Воздалось Щукарю за труд.
Трофей того достоин.
Но как же без хозяйки пруд
И тут решил наш воин.

«Ты заслужила жизнь в борьбе,
И дальше жить достойна»
И отпустил на дно, к себе.
«Плыви себе спокойно».

Она не сразу уплыла,
И рыбака счастливо.
Благодарила, как могла,
Лишь плача молчаливо. 

***

Хорошая выдалась осень-
давно не видали такой,
Кружит листопад, и уносит
все грустные думы с собой.

Пускай себе дни уплывают,
Как дым, за Москвою рекой.
На глади холодной мерцают
голавлики вместе с плотвой. 

А щука на дне притаилась,
лишь спинка блестит серебром.
И вот за блесну зацепилась,
и поймана вмиг рыбаком.

***

Щука под водой скользит,
Карасям бедой грозит,
На вьюнов охотится –
Ей обедать хочется.
Точит зубы на мальков
И на шустрых окуньков.
Вот какая бука
Эта злая щука.  

***

Жил да был старик на свете,
С ним три сына, на планете
Не было другой родни,
Были счастливы они.
Двое сыновей женаты,
Третий, с виду не горбатый,
Не красавец, не урод,
Как и весь простой народ.
Звали третьего Емелей,
Братья старшие жалели:
Пусть ленивый, пусть дурак,
Это значит свыше знак.
Так вот, лежа на печи,
Ел Емеля калачи.
Как-то утром, спозаранку
По заснеженной полянке
Сани братьев на базар
Увезли. Старик был стар,
Так что в доме две невестки
Мыли пол, месили тесто,
А Емеля на печи
Ел лениво калачи.
Молвили они Емеле:
«Братья утром не успели,
Обращаемся к тебе,
За водой сходи к реке».
А Емеля: «Лень мне что-то,
На меня нашла зевота,
Не по мне тяжелый труд,
Потерпите как-нибудь».
«Если ты такой ленивец,
Не видать тебе гостинец,
Все, что братья привезут,
Женам сразу отдадут».
«Так и быть»,- кряхтит Емеля,
«Что вы сразу, в самом деле?
За гостинец я без слов,
Воду принести готов».
И до той, до самой речки
По тропиночке от печки,
Через снежный бугорок
Наш Емеля прыг да скок,
И до проруби добрался,
Зачерпнул воды, остался
Путь обратный, но с водой,
Щука в проруби, постой,
Изловчился и поймал,
Толк в еде Емеля знал:
«Будет знатная ушица».
«Я могу тебе сгодиться,
Ведь уха, еда, не боле,
Отпусти меня на волю,
Все желания твои
Я исполню, говори»,-
Щука молвила Емеле,
А Емеля ей: «Не верю,
Что умеешь, покажи».
«Ты желание скажи».
«Ведра полные водой
Сами пусть идут домой».
«Без моих волшебных слов
К волшебству ты не готов.
По щучьему велению,
По моему хотению,
Слова запомни эти.
И сможешь все на свете».
Произнес слова Емеля,
И глазам своим не верил,
Ведра, полные водой,
Без него пошли домой.
Отпустил он щуку в речку.
И пошел к себе на печку.

Пролежал не больше часа,
Вновь невестки, мол, запасы
Дров иссякли, вот топор.
«Не хочу идти во двор
Не по мне тяжелый труд,
Потерпите как-нибудь».
«Если ты такой ленивец,
Не видать тебе гостинец,
Все, что братья привезут,
Женам сразу отдадут».
Тут он сразу вспомнил щуку,
Взял топор тяжелый в руку,
«По щучьему велению,
По моему хотению,
Иди скорей во двор,
Наточенный топор,
Сухие дерева
Коли нам на дрова,
Дрова пускай идут
И лезут сами в печь,
Я подожду их тут,
Мне хочется прилечь».
Вырвался топор из рук,
Пред Емелей сделал круг,
И чрез двери за порог,
Вот какой от щуки прок.
Спит Емеля на печи,
Ест огонь дрова в печи.
Тут, как тут невестки снова,
Говорят Емеле слово:
«Съезди в лес, ты по дрова».
А Емеля: «Голова
У меня болит весь день,
Мне работать нынче лень.
Не по мне тяжелый труд,
Потерпите как-нибудь».
«Если ты такой ленивец,
Не видать тебе гостинец,
Все, что братья привезут,
Женам сразу отдадут».
“Ох»,- кряхтит в ответ Емеля,
«Как же вы мне надоели,
Так и быть, поеду в лес».
В сани медленно залез,
Развалился на соломе,
И кричит: «Невестки, в доме,
Отворяйте ворота»!
А невестки: «Срамота,
Лошадь запряги сначала».
Им Емеля: «Не престало
Слушать глупые советы,
Не нужна мне лошадь эта.
По щучьему велению,
По моему хотению,
Сани, мои сани,
В лес езжайте сами».
Как он только произнес,
Сани с места и в разнос.
Мчались сани, птиц пугая,
Ветер жгучий обгоняя.
В тех краях дорог не много,
И та самая дорога
Через город в лес вела,
В граде ярмарка была.
Сани, не сбавляя хода,
В город въехали, народу
Посбивали, подавили,
В лес приехали, забыли.
А Емеля говорит:
«Что-то голова болит,
По щучьему велению,
По моему хотению,
Все сухие дерева
Распили сама, пила,
И сложи поленья в сани,
Ну а сани, к дому сами».

Вновь дорога через город,
Чувствует Емеля голод,
Эх, добраться б до печи,
Там в запасе калачи.
А на улицах народ
Нашего Емелю ждет.
Из саней его стащили,
На него кричали, били,
А Емеля испугался,
Защитить себя старался:
«По щучьему велению,
По моему хотению,
Помогите мне дубины,
Бей обидчиков по спинам».
Две огромные дубины
Били горожан по спинам,
А Емеля прыгнул в сани.
Не догнали горожане.
Долго ль, коротко ль, а сани
Вскоре во дворе стояли,
А Емеля на печи
Ел устало калачи.

В это время, во дворце,
Под навесом, на крыльце
Царь стоял и хмурил брови:
«Кто? Скажите, мне до крови
Городской побил народ?
Наказанье его ждет!
Кто такой? Откуда родом»?
«Из деревни, из народа».
«Двух солдат с собой возьмите
И нахала приведите».
Главный в царстве генерал
Вскоре у печи стоял,
Говорил, что царь серчает
И Емелю призывает
Без задержки во дворец,
А не то ему конец.
А Емеля генералу
Молвил на распев, устало:
«Не страшны мне палачи,
Я поеду на печи».
Расступились стены в хате,
В город, в царские палаты
Едет кто-то на печи,
Уплетая калачи.
Потешается народ,
Печь по улице идет!
Потихоньку, еле-еле
Ехал во дворец Емеля.
Встретил царь такое диво:
«Отвечай мне, справедливо
В городе давить народ?
Знаешь, что за это ждет»?
А Емеля улыбнулся,
Не стесняясь, потянулся,
И, увидел дочь царя,
Знать приехал он не зря,
Как царевну увидал,
Тут же, сразу прошептал:
«По щучьему велению,
По моему хотению,
Царевне с первого взгляда
В меня влюбиться надо».
Развернулся аккуратно
На печи, и в путь обратный.

Всякого царь повидал,
Но простолюдин, нахал,
Как он мог общаться сидя?
Кровно он Царя обидел.
Тут еще печаль другая,
Дочь Царя-отца ругая.
Хочет замуж за Емелю,
Царь своим ушам не верил.
«Разом надо все решить,
И Емелю утопить».
Главный в царстве генерал
Вновь к Емеле поскакал.
А Емеля отдыхает,
Ничего знать не желает.
Генерал еду на стол,
В кубок он налил вино.
Тут Емеля не сдержался,
Наедался, напивался,
В результате опьянел.
Генерал ждал и терпел,
Пьяного Емелю в сани,
И пока тот не буянил,
Свез Емелю во дворец.
Видно тут ему конец.
Царь садил Емелю в бочку,
Вместе с ним туда же дочку,
Бросил бочку в океан,
Вот таким был царский план.
Три часа проспав, проснулся,
Влево, вправо повернулся,
Чувствует, не на печи,
Заточили палачи!
Тут Принцесса рассказала,
Как сюда она попала,
А Емеля: «Ерунда,
Это горе, не беда.
По щучьему велению,
По моему хотению,
Ветры шальные,
Волны морские,
Выкатите бочку
На морской песочек».
Бочка, покарябав бок,
Приземлилась на песок.
Вылезли они наружу,
Для ночлега дом им нужен.
«По щучьему велению,
По моему хотению,
Я хочу дворец из камня,
Окна обрамляют ставни,
Сад, и птицы и зверье,
Вот желание мое».
В тот же миг дворец из камня.
Окна украшают ставни.
Сад, деревья и цветы
Небывалой красоты,
А вокруг летают птицы
Канарейки и синицы,
Попугаи Какаду,
Тоже водятся в саду.
Белки прыгают по веткам,
Их никто не прячет в клетки.
Зайцы, кролики, олени,
Тут и там мелькают тени.
Друг за дружкой в догонялки.
И в пятнашки и в считалки,
Только хвостики мелькают,
Так зверята и играют.
Есть в саду красивый пруд,
Лебеди в пруду живут,
Белые, красивые.
И неторопливые.
И Принцесса, как всегда,
Отдыхала у пруда.
Как-то сидя у окна
Просьбу молвила она:
«Стань красавчиком, Емеля».
«Если просишь, в самом деле,
Почему бы им не стать?
Надо только лишь сказать:
По щучьему велению,
По моему хотению,
Быть хочу красивым,
Людям всем на диво».
Стал красавцем, хоть куда,
Что ленивый, ерунда.
Есть же присказка от щуки,
И не надо пачкать руки.

Как-то ехал Царь по царству.
По большому государству,
И увидел вдруг дворец:
«И какой это, наглец,
Принял без меня решенье.
И построил здесь строенье»?
Самый главный генерал
Прямо к окнам поскакал
И спросил Емелю строго:
«Кто построил у дороги
Этот сказочный дворец,
Кто он этот молодец»?
«Ты приехал не зазря.
Пригласи сюда Царя.
За столом, отведав пищу,
Он ответы и отыщет».

Царь приехал во дворец.
Встретил стройный молодец,
Усадил его за стол,
Фрукты, вина, разносол,
Ели, пили, пировали,
А когда хмельными стали,
Царь сказал: «Прекрасный кров,
Из каких же ты краев»?
«Не признал на самом деле?
Из деревни я, Емеля.
Тот, кого сажал ты в бочку
Со своей любимой дочкой.
Думал, я пошел ко дну?
Нет, перед тобой стою.
И сильнее стал, чем прежде,
А тебе скажу, надежды
У тебя нет никакой,
Собственной своей рукой
Захочу, пожгу все царство,
Разорю все государство».
«Ой, Емеля не губи,
Дочку любишь, так люби,
Мы же вам добра желаем,
Свадьбу царскую сыграем,
И вступай на царский трон,
Для тебя свободен он».
В это время на пруду,
Тот, что рядом был, в саду.
Щука плавала в воде
И такой большой беде
Помешать она решила:
«Это где такое было?
Прямо с печки и на трон,
Для страны, какой урон!
И ленивый и дурак,
И решила щука так:
«Рановато лезть в цари,
И до следующей зари.
Пусть Емеля все забудет,
Писаным красавцем будет,
Дом, и сад, и этот пруд,
Счастливо пусть здесь живут».
Щука молвила, вздохнула,
По воде хвостом вильнула,
Брызги стайками взлетели,
Мы закрыть глаза успели,
А когда глаза открыли,
На воде круги, лишь были,
Щуки след давно простыл,
Вот такой вот случай был.

***

Щука прыгает, хохочет,
Будто кто ее щекочет,
Потому что щуке
Подарили брюки
Цвета раннего тумана,
Пряжки есть и два кармана.
Будет Щука модницей,
Модницей-селёдницей.  

***

Сон зеркальной прудной глади,
Вдруг нарушил поплавок.
Очевидно в рыбном стаде
Появился новичок.

Парами в пруду гуляют
Карп, тарань и лишь бычок,
Наглой кучей нападает
На наживку и крючок.

Потому на сковородке
Чаще жарится бычок,
К пиву он хорош, и к водке
Нагловатый простачок.

И карась, пруда тихушник
Тихо мордой ткнулся в ил.
Ищет корм, он не мокрушник
Щучьим он звонком прослыл.

Щука, то такая штука,
Держит в плавниках весь пруд.
Фаршированная щука,
Украшенье среди блюд!

Щучью кожу снять чулком,
Иль порезать в кругляшок
В мякоть специи с лучком
Булку, масло, сахарок
Овощами все заправить,
Отварить и остудить
И на блюде предоставить,
Что б гостей всех ублажить!

***

Однажды позднею весной,
Лишь май во всей красе явился,
На берегах реки лесной
Рыбарь-мальчонка объявился.

Не ожидая злой напасти,
Ему пригрезился улов.
Наладил спешно свои снасти,
И уповал на добрый клёв.

Но прежде юного ловца,
Узрела опытная щука.
Ей аппетитный вид живца
Крутил желудок лютой мукой.

Слюну, глотая с вожделеньем,
Решила хищница рискнуть
И вопреки рыбацким рвеньям,
Взялась парнишку обмануть.

К наживке верно подплыла,
Довольно грамотно и ловко
С крючка карасика сняла –
Рыбак проспал свою поклёвку!

Уж нету меры наслажденью! –
Таких бы рыбок, штучек пять!
И как по щучьему веленью –
Возник живец пред ней опять.

Беднягу с носом оставляя,
Поймала фарт! вошла во вкус!
Крючок рыбацкий оголяя,
Вновь продлевала перекус.

Малец с досады сбил в кровь руки!
Но не теряя позитив,
Живца седьмого бросил щуке,
Своё дыханье затаив.

Та окончательно борзея,
В чистую растеряла страх
И на везенье ротозея,
Живца схватила второпях.

Ей крепко в глотку жало впилось –
Причём уже наверняка!
Уразумела что случилось,
В садке у горе-рыбака.

----------
В одной реке мыть дважды руки –
Едва ль кому-то, довелось!
И стали гибелью для щуки –
Её надежды "на авось"!

***

Когда в семье согласья нет,
На лад их дело не пойдет,
А выйдет вот такая штука:

Однажды Лебедь, Рак, да Щука
Заняться сексом собрались.
В постель все трое улеглись,
Из кожи лезут вон, а толку нету.
И цель их вроде бы проста,
Да лебедь лезет не туда!
Рак Щуке вставил в жопу,
А Лебедь Раку..., тоже... в попу,
Нет, чтобы с Щукой за работу
Он принялся тогда.

Кто виноват из них судить не нам.
А только мы дадим совет:
Коль боле двух в постель ложатся,
То зад приходится беречь!  

***

Ёрш как-то Щуке задолжал
Пусть не значительный, но капитал.
Другой бы не повёл и плавником,
Подумаешь – полтинник медяком.
Но принцип. Принцип важен.
Один за рубль удавится,
Другой в судах намается,
А третий и двух слов не скажет, –
Но более к нему не подходи,
Хоть по миру ходи.
Решила Щука всё ж Ершу напомнить незлобиво:
Мол, не пора ли долг вернуть?..
Вдруг видит – франт плывёт вдоль берега залива, –
Она к красавцу тут решила поднырнуть.
"Привет, мой не наглядный!
Смотри, какой нарядный!
А я уж думала, отдал он богу душу?.."
"Да нет, как видишь, дюжу".
"Ну, коли дюжишь, коль живой,
Так расплатиться не пора ль тебе со мной?
Ты не забыл, что у меня одалживал в займы?.."
"Ну, тоже мне, нашла что вспоминать?
Неужто не дано тебе прощать?
Неуж сама дошла ты до сумы?
С тобой беда случилась? –
Ну, если так, то я готов на милость.
Хотя, живя среди Ершей,
Тут даже не прилично до подобных опуститься мелочей?
Ерши, что малыши, –
Какие у Ерша гроши?
Неужто грош
Тебе дороже, чем я, Ёрш?
Ты посмотри, каким я стал красивым…
И все тебе, ещё двоим-троим, спасибо!
Должна и ты гордиться,
Что помогла Ершу принарядиться.
И постыдись,
Не мелочись.
Тебе ли сетовать на жизнь?
Ходить и мелочиться, –
Тут в пору от стыда, пойти и утопиться!"
Ерша своя же отповедь до слёз задела.
А Щука от стыда позеленела.
---
Мораль у должника одна, что у Ерша,
Как отбояриться, и не отдать чтоб ни гроша.
Берёшь чужие, отдаёшь свои в натуре.
Обмен не равноценный в этой процедуре. 

***

Со старухой дед простился.
 На рыбалку снарядился.
 И старуха у окна
 Села ждать его одна.
 Час проходит. Пять проходит.
 Дед с рыбалки не приходит.
 Видно, далеко ушёл.
 Место рыбное нашёл.

 Дело к вечеру клонится.
 Солнце за реку садится.
 Щуку дед поймать мечтает.
 И наживку вновь сажает.
 Щука - рыба непростая
 И проказница такая!
 Любит щука поиграть.      
 Нелегко её поймать.
 И умна, и терпелива,
 И характером строптива.
 Вечно щука голодна.
 Вмиг любого съест она.
 Всю наживку уже съела.
 Рассправляется умело.
 Широка зубная пасть -
 Может каждый там пропасть.

 Долго щуку дед ловил.
 Совсем выбился из сил.
 Старичок и так и сяк -
 Не поймать её никак.
 Щука - хитрая попалась.               
 Деду бедному досталось!            
 Но настойчив был старик.
 Он сдаваться не привык.
 Взял красивую приманку,
 Привлекая интриганку.
 Отправляет в глубину
 Серебристую блесну.

 Бабке  дома не сидится:
-Нет! Так дело не годится.
 Скоро уж ложиться спать.
 Старика пойду искать.
 А природа - чудо наше!
 Нет её родней и краше.
 Речка рядышком течёт,
 И тропинка вдаль ведёт.

 Пред вечернюю зарёю
 Деду нет совсем покою:
-Клёв пошёл!  Берёт рыбёшка!
 Половлю ещё немножко.
 Вот подсёк ещё разок,
 Дёрнул резко - и извлёк
 Щуку весом  пуда два.
 С ней он справится едва!
 Сердце всё захолонуло.
 Нет! Чутьё не обмануло!
 Тут и бабка подоспела.
 Старику помочь успела.

 Дед измученный лежит.
 Рядом щука - рыба- кит!
 И доволен, счастлив дед!   
 Будет званый всем обед. 
 И на весь крещёный мир
 Закатил такой он пир,
 Что ни в сказке рассказать,
 Ни пером не описать.

 Я на том пиру была.
 Вкусно ела и пила.
 Сказку эту услыхала.
 Вам её и рассказала.

***

Поехал я с друзьями на рыбалку,
Вообще, рыбак я не ахти какой.
Достал я спиннинг - мне сказали – «палка»!
«Дрова» - добавил тут ещё рыбак другой!

Потом катушку «хламом» вдруг назвали,
Все блёсны перебрав, сказали «дрянь»!
«С такими рыбу выловишь едва ли,
И леска у тебя не снасть, а «рвань»!

Забрав свои «дрова», мой спиннинг – «палку»,
Катушку с леской – «рванью» и блесну!
Не стал вступать с друзьями в перепалку,
Пошел искать вдоль речки глубину.

Пока искал я место для заброса,
Уроки рыбной ловли вспоминал,
Как хорошо, что на мои вопросы,
Всегда  конкретные ответы получал!

«Где есть трава, там кинь «незацепляйку»,
А нет травы - здесь значит глубоко,
Найти тут можно полосатых стайку,
Опять же бросить можно далеко!»

Так размышляя, подошел к местечку,
Где нет травы и темная вода,
И попросил: "Дай мне улова, речка!
Не зря приехал я к тебе сюда?!»

И взяв блесну за крепкий карабинчик,
Я пристегнул её к стальному поводку!
Что фрикцион? Затянут ли, отвинчен?
Готов, друзья, я к первому броску!

И вот бросок, блесна летит как надо,
Шлепок об воду и пошла ко дну!
Вот знать бы. Щучья есть на дне засада?
Блесна нарушит щучью тишину?!

Приятный шелест от намотки лески,
Вибрация от действия блесны!
Поднялось солнце, и над перелеском
Курлыча протянули журавли!

Клин журавлиный провожая взглядом
И напевая:" Пусть они летят!"
Чуть не забыл, что щуки где - то рядом!
Что щуки хищники и есть всегда хотят!

Вращаю ручку, шпуля принимает
За метром метр, ко мне идет блесна!
И вдруг удар!!!! И спиннинг мой сгибает!
В дугу!! Какая- то ударная волна!!

«Дрова» мои, моя родная «палка»,
Катушка «хлам» и леска тоже «рвань»!
Мои «друзья», как будет всем нам жалко,
Если блесна и вправду будет «дрянь»?!

Дуга дугой, но держит спиннинг рыбу,
Катушка тоже, фрикцион трещит!
И леска движется по спиннинга изгибу.
Вот- вот ещё! И биться прекратит!

То подтяну, то леску отпускаю,
Устали руки, пот течёт ручьем!
Пришли друзья, они не ожидали,
Что щука будет биться с новичком?!

И вот ОНА! Пришла моя удача!
Целую спиннинг, а затем трофей!
Мои друзья в сторонке посудача,
Подарок дарят, как на юбилей!

«Шимано» спиннинг и катушку с леской,
Коробку блёсен, сумку на плечо!
Трофей признали все причиной веской,
Чтоб так меня поздравить горячо!

С тех пор рыбалка моё хобби и отрада!
Трофеев много было у меня,
Но щуку первую, как первую награду,
Победой главною считаю для себя!!  

***

Щука —  рыба хищная,
Малосимпатичная,
Длинная, пятнистая,
Хитрая и быстрая.
Любит карасей гонять,
Не давая им дремать.

***

Щука в озере жила,
именинная была.
Пригласила в гости
Мэра дядю Костю.

-Ты, родимый, приплыви,
да подарок припаси,
я люблю снеточков,
окуньков и прочих...

-Дорогая Щука!
Вы мне просто мука,
я и так весь в мыле,
сил уже моих нет!

-Ну так как хотите,
только не взыщите,
нет вам в день рожденья
сладких угощеньев!

***

Когда я был совсем мальчонка,
Мой старый дедушка рыбак
Рассказывал про омут темный,
Где в глубине царит лишь мрак.

Про омут тот по всей деревне
Травили байки рыбаки,
Мол есть там в глубине холодной,
щука что аршина в три.

Ее в глаза никто не видел,
Но слышал раз сосед Матвей,
Что щука страшной своей пастью
На озере сожрала двух гусей.

А вскоре вовсе стало жутко,
Когда соседский мальчуган,
В воде купаясь у мосточка,
Чуть не погиб от рваных ран.

Пытались изловить всем миром,
Но в сети, в бредни та не шла,
Была хитра зубастая, коварна
Любую снасть как ниточку рвала.

С тех пор прошло уж много лет,
Я вырос, жить уехал в город,
Но довелось в деревне погостить,
И на рыбалку выбраться был повод.

Я не забыл дедовских сказок
И знал куда мне курс держать,
К той дальней иве, в черный омут,
А вдруг получится чудовище поймать?

А может, байки это, местных мужиков?
И нет в глубинах рыбы трех аршинной,
Но к омуту тому душа зовет,
В конце концов и путь туда не длинный.

То утро мне запомнилось на долго,
Туман стоял хоть режь его ножом,
В него и вышел я из дома на рассвете
Со всем своим рыбацким багажом.

Спустился к озеру застывшему в тревоге
И здесь его впервые увидал,
Тогда парнишку, а сейчас мужчину,
Единственного, кто щуку повстречал.

Следы той встречи на лице угрюмом
Шрамами впечатались на нем,
И сон его с тех пор не был спокойный,
Ее выслеживал и ночью он и днем.

Но труд его, все время был напрасен,
Он хитрый был, она еще хитрей,
И дни тянулись долгой чередою,
Она охотилась за ним, а он за ней.

Мы поздоровались и долго говорили,
Детство вспоминая, сельский быт,
Он жизнь свою прожил в деревне
Для меня же этот край почти забыт.

Так здорово, вернуться в край родимый,
Где с вишни падал я коленки ободрав,
И вспомнить прошлое, где все былое
Пропитано цветением диких трав.

Узнав, что я собрался к дальней иве,
Он встрепенулся, вызвался со мной,
И в логово к обидчице зубастой
Мы вместе выплыли песчаною косой.

Вошли тихонько с мели в глубину,
В бездонную пучину якорь опустили,
Веревка длинная, аршинов сорок во длину,
Но дна мы под собой не ощутили.

Удилище надежное, из сплавов,
Катушка невская не подводила никогда,
Короткий взмах, и вот летит под воду,
Сверкая гранями, тяжелая блесна.

Весь день мы провели у ивы,
Таскали щук, но это все не то,
Уж соловей запел вечерние мотивы,
И вот момент, что ждали так давно.

Ужасной тяжести последовал удар,
С катушки леса устремилась в глубину,
Но удочка гасила мощные рывки
Для схода лесы оставлял я слабину.

Не знаю сколько шла борьба меж нами,
Время, как казалось, замерло,
Когда зубастую подвел я к борту,
Было уж практически темно.

Щука весом пуда в два была,
Таких еще я в жизни не встречал!
Но тут мой спутник побледнел
И дико в страхе что-то закричал.

Мне никогда тот миг не позабыть,
Страшных желтых глаз накинула на нас оков,
Поднявшись с омута, хозяйка глубины
Потревоженная шумом рыбаков.

Схвативши щуку, что на крючке сидела,
Как какого то никчемного малька,
С издевкой на нас в лодке поглядела:
"Кто вы такие? Здесь хозяйка я одна!"

И в ужасе разжав ладони,
Свой спиннинг в воду уронил,
От страха кровь застыла в жилах,
Ее бросок нас бы обоих утопил.

Не шевелясь, смотрели мы на щуку,
Она всплыла у борта не спеша,
Своей огромной, страшной пастью,
Несчастною добычу тормоша.

Наврали мужики про три аршина,
Аршина два была лишь голова,
Но с детства моего промчались годы,
С тех пор росла властительница дна.

Опомнившись от страха, мой товарищ
Налег на весла, стал к берегу грести,
А я сидел и думал, в воду глядя,
Как от природы все мы стали далеки.

Мне думалось о городе далеком,
Как душно там и как здесь хорошо,
На диком озере с песчаною косою,
Где детство раннее все мое прошло.

До берега добралися мы быстро,
Из лодки выпрыгнув на твердь земную,
На холм у озера мы вместе поднялись,
Уселись рядом, глядя в даль ночную.

Сидели молча, каждый думал о своем,
В прохладе майской, тихой, лунной ночи
Что думал Витька, знать мне не дано,
Но в сон его теперь легко смыкались очи.

Мы разошлись, когда уже светало,
Пожали руки, с тех пор мы с ним дружны,
И до сих пор живет он в домике с крылечком,
Не зная горя и никакой нужды.

С того момента минуло много лет,
И внукам я своим рассказываю байки,
Про щуку древнюю с загадочных глубин,
Как рассказывал и дед мой без утайки.

Со временем про омут тот забыли,
Ушли все старожилы в мир иной,
Сейчас деревню и на карте не отыщешь,
Пустуют дворики, поросшие травой.

Утихли слухи, байки позабыты,
Но в омуте, по прежнему находит кров
Легенда - щука, дух омута у ивы,
Что ждет своих последних рыбаков.  

***

Солнце светит ярко-ярко
И на улице так жарко,
Что забрались звери в тень,
Но и здесь лежать им лень.
Тяжело дышать в лесу -
Зной вскружил всем голову.
К речке Мишка побежал…
Наш Мишутка еще мал,
Чтоб его не потерять, -
Будет мама провожать.
И Лисичка - хочет пить,
Нужно ей к воде спешить.
Даже зайчики-ребятки,
Быстро скачут без оглядки.
Волк рысцой бежит-спешит,
Хочет жажду утолить…
Ёжики - клубком катились
К воде тоже устремились!
Лось давно водичку пьёт...
Пьет её, - не устает.
Подошли к реке зверята,
А она - бежит куда-то...
А куда она бежит? -
Ни кому не говорит.
Речка та была глубока…
По краям - росла осока
В ней водились злые щуки,
Спали там они от скуки.
Напились зверята вдоволь,
Но скажу Вам наперёд,
Что они хоть и зверята, -
Любознательный народ!
Захотели покупаться,
И узнать наверняка:
Далеко, иль близко речка,
Развернула берега?
Первой Лисонька нырнула.
Хвост шевелится дугой...
Увидала это щука,
И открыла ротик свой!
Заглотила в пасть себе…
Ох! - Наверно быть беде.
«Караул! - Меня спасите.
Караул!» - Кричит Лиса.
А сама гребёт всё чаще,
Далеко уже она…
Волк напуган, но с испугу-
Нужно выручать подругу!
Быстро с берега нырять,
И Лисичку догонять…
Та на берег, на другой -
Из воды уже стрелой,
Прямо пулею летит….
Щука на хвосте висит.
Щука в ужасе сама…
Не отцепится она -
Глубоко во рту уж хвост!
А Лиса - визжит, орёт…
Кто, на помощь к ней придёт?
Волк случайно изловчился,
Ртом за щуку уцепился!
Дёрнул он, что было сил
И от боли - сам завыл!
Щука в воздухе летела…
Извивалось её тело,
Только в воду угодила,
Сразу спинку свою скрыла.
И - с испугу под корягой,
Быстро спряталась бедняга! -
До сих пор всё там сидит…
Ничего не говорит.
Волка же - Лиса обняла…
«Мой спаситель!» - прокричала.
Зайцы у воды играют -
Мячик по земле катают…
И смеются над Лисой -
Случай был совсем чудной!
Волк сидит с Лисою рядом,
И глядит голодным взглядом:
Зайцы за рекой играют…
Волк сидит, слюну глотает,
Но на берег -  на другой…
Не решаются с Лисой!
Впереди была наука:
Вдруг, опять поймает щука?
Пусть зайчатки отдохнут…
Лиса там, а зайки-тут!

*** 

Однажды щука пригласила карася
На праздничный обед.
И говорит ему:- сосед,
Я карасей не только уважаю
Но и сердечно обожаю
И должен ты понять,молю,
Всю философию мою.
Здесь у меня понятье есть:
Мир делится на тех кто ест
И тех кого едят.
Я думаю, что это верный взгляд.
Карась не оценил такой науки
И тут же сьеден был он щукой
А день спустя, не ведая науки
Рыбак варил уху из щуки
       мораль:
Бывает непонятно иногда
Охотник ты или еда.

***

Зубастая щука в реке проживала
И тело своё меж кувшинок скрывала,
И жадно ловила рыбёшек-зевак,
Хватала, глотала - обедала так...

Но как-то однажды, рыбёшку схватив,
Её растерзав и уже проглотив,
Наивная щука попала впросак -
Изжарил и съел её старый рыбак!  

***

Я щука в реке, чтоб карась не дремал.
Съем всех в водоёме - велик он иль мал.
Люблю окушка и леща, и плотицу,
Комариков разных, а также кашицу.
Она так вкусна, но вот только смущает:
Заядлый рыбак на приманку поймает.         

***

Жила - была в реке зубастая щука.
И одолела её печаль и скука
На дне одной, да под корягой сидеть,
На рыбу сквозь слёзы день целый глядеть.
Вот стала щука в речушке похаживать,
Рыбёшку мелкую молчком  пола вливать.
И захрустели кости на щучьих зубах.
Напал тогда на рыбу ужас и страх.

Собрались рыбёшки в стаю
И что делать рассуждают:
Где защиты им искать?
Как злодейку обуздать?
Тут приплыл один сомище;
Хвост метлой, мешком брюшище;
Голова, как тот кочан,
Что не лезет в банный чан.
С завитушками усами,
Над толстущими губами.
С пастью, как ушат какой
И за верхнею губой,
За отвисшими щеками,
Словно вишенки, глазами;
Под большим, широким лбом.

Рыба мелкая кругом
Тут его и облепила.
Слёзно миром всем просила,
Ради блага своего,
Заступиться за неё.
Нас, мол, щука обижает,
Подлая, совсем сживает,
Всем проходу не дает,
Каждого на зуб берёт.

Схода выслушав обиды,
Заступился сом за рыбу:
«Я её поколочу,
Я воровку проучу,
Зубы ей по вырываю,
Чешую то по сдираю.»
Щуку взялся наказать,
А злодейка - щука, хвать
И нырнула под корягу,
Чтобы испугать сомягу
Показала ему пасть.
Сом, чтоб даром не пропасть
С поля боя удалился.

К месту тут налим явился.
Рыба жалиться ему,
Господину своему
Слёзно так же обратилась:
- Сделай божескую милость
Ваше толстое брюшище,
Ваше черное хвостище.
Заедает щука нас,
Съесть готова всех за раз.
Заступись за нас, родимый.
Приняв вид непобедимый;
Строг налим и грозен стал.
Рыбе он пообещал:
- Я разбойницу прищучу!
- Я зубастую прижучу!
- Уж побью, поколочу!
- Чешую с неё спущу!

Щука тут хвостом плеснула,
Под корягу занырнула,
И оттуда, право страсть,
Показала свою пасть.
Страсть налим ,как испугался
И тот час ретировался.

Ёршик мимо проплывал
Рыбий сход заверещал:
«Заступись за нас, ершишка,
Посодействуй нам, братишка,
Слюноватый, пестрый нос,
Шиловатый, быстрый хвост,
Киловатая брюшина,
Востраватая щетина:
Щука нас на зуб берёт,
Всем проходу не даёт,
Так злодейка обижает;
Меры никакой не знает.
Мочи нету никакой!
Заступись за нас, родной!»
«Ах! Разбойница, какая!» -
Грозно жабры раздувая,
Ёршик молвил им в ответ.
«На неё управы нет?
Проучу кА я злодейку!
Дело, право, на копейку!
Я её уж проучу
Так побью, поколочу;
Отучу на всех кидаться!»

Щука бросилась спасаться;
Под корягу живо - щасть
И открыла грозно пасть.
Напугать взялась ершишка,
А колючий распушился
И щетиною своей
Исколол бока все ей.
Щука бросилась спасаться;
От колючек защищаться;
Да из - под коряги вон.
Ёрш за щукою вдогон;
И давай за ней гоняться.
Как безумная, метаться
Кинулась она тогда;
Да случилась с ней беда.
Повернувшись не тем боком,
В сеть попала ненароком.

И осталась щука там.
И на радость  рыбакам,
И малькам - безвинным крошкам,
И запуганным рыбёшкам.
Правая случилась месть
И на щук управа есть. 

***

В одном прекрасном чистом озере, в глуши лесной
Жила нахальная упитанная щука…
Она была стара, и не гонялась за блесной,
Но памяти не потеряла и рассудка…

Лениво плавая, среди десятков карасей,
Молилась щука ежедневно Человеку
За то, что бросил в озеро её, а не ершей,
Которых щука ненавидела от веку…

В аквариуме был, когда-то, щучий милый дом.
Приватизировав там общие кормушки,
Она потребовала поклонения за корм,
Который Человек всем насыпал из кружки…

Увидев это, Человек решил: "Так не пойдёт!
- Ведь это – рабство! – Навевает даже скуку!
- "Исход" устрою, чтобы неповадно было наперёд"!
И бросил в озеро, за наглость, эту щуку…

Всем в озере она внушила праведную мысль,
Что щука тут наместник Человека. Так считалось.
Здесь в озере она определяет смерть и жизнь,
И больше ничего им знать не дозволялось…

Питалась щука, в основном, наивной молодью,
И теми карасями, что задумывались,
Дезориентировала всех, бурча пародию,
Давала льготы тем, кто лестью отличались…

А раки-демагоги на ТВ, в статьях газетных,
Необходимое, лишь, булькали для щуки,
А рекламировали займы, пиво, сигареты,
Да псевдодостижения своей науки…

А между карасями разжигалася вражда,
- Различны были караси своей окраской,
И щуку караси боялись и всегда,
Молчали и держались, поодаль, с опаской…

Существовало очень давнее предание:
- Когда-то, стайка рыб решила взбунтоваться.
Решив, что тоже хищники, и в оправдание,
Хотели дать ей в глаз и, как-то, поквитаться…

- "Давайте выселим её в другое озеро"!..
- Кричала стая, так как, слопать щуку не смогли,
"Ой! Гевалт"! - Возмутилась щука, "Здрасьте! Здорово!,
А что я есть там буду?.. - Вы с ума сошли"?!..

Хотя, мечтала об отдельном озере всегда,
Но не сейчас, когда вокруг так много корма,
Поэтому создАла коалицию она,
И карасей ловили с щукой караси, что – норма…

По окончании кровопролитных тяжких войн,
На щуке оказались синяки, царапины…,
Что, по её словам, несовместимо с жизнью. Ой!
И щука объявила "сход" всей рыбьей братии…,

Где заявила: "Щука – тоже рыба!.., как-никак,
Но самая голодная и пострадавшая…,
И самая несчастная!.., ну разве всё не так?..
Меня никто не любит! Жизнь у щуки страшная"!..

И, указав на равенство и братство рыбы всей,
На обще-рыбные достоинства и ценности,
В связи, с полученными травмами в борьбе идей,
Потребовала компенсаций и лечебницы…,

- В недопущение подобных битв, издать закон,
Демократически отслеживать "антищукизм",
А провинившихся, – судить, сажать в тюрьму-загон,
И щуке отдавать… - Пресечь весь шовинизм!..

Необходимо, так же, помнить каждый, всякий раз,
Что щука – личный представитель Человека!..
А Человек – в сметане любит карасей! О, рыбий глаз!
И как им жить, когда заступница – калека!..

Все караси – трусливы от природы, почти все,
В коррупции погрязли, махинациях, аферах,
Есть честные, слух был, но как их отыскать, и где?
Такие, где-то, в им одним понятных сферах…

С другой же стороны, карась весьма чувствителен
К чужим страданиям... Все долго колебались.
Писали резолюцию: "Щукизму - нет! Будь бдителен"!..,
Потом расплакались, и приняли закон. И – улыбались…

С тех пор на озере и тишь, и просто благодать
Для щуки, что жирует и совсем наглеет…,
О Человеке – позабыли, дань скорей отдать
Спешат все щуке, что всё более толстеет…

И  щуке молятся, как Человеку!… По её словам,
Всё озеро бы превратилось в гадкое болото!..
За антищукизм сажают и дают по плавникам,
А самые активные – достойны эшафота…

Сожрала наконец она всех карасей, легко.
Без них, потом, подохла с голоду и щука...,
Но Человек пустил другую молодь в озерко.
- Что это было?.. Драма, или злая шутка?..  

***

Мы запускаем пробные шары,
Пытаясь почувствовать на вкус и на ощупь.
Или как рыбак ходим со спиннингом по реке,
Чтоб не вспугнуть свою щуку,
Стараясь как можно мягче сделать свою поступь.

Здесь важно излишне не шуметь,
Не размахивать напрасно руками.
Резкий взмах - только чтоб подсечь,
Насадить глубоко на блестящий крючок.
Иначе - пиши пропало.

Мы запускаем пробные шары,
Это как намазывать на хлеб масло.
Пробуем с какого края кусить,
Чтоб вкусно, а не выбранный продукт напрасно.
Исходя из своего представления, что нам надо.

Но не всегда будет улов, какой мы хотим.
Ведь отношения выстроить это не так:
Выполняй мои желания, о твоих потом поговорим.
Так не получится, у щуки есть тоже планы и свой алгоритм.
И она из-под воды разглядывает тебя внимательными глазами.

Мы запускаем пробные шары,
Прощупываем со всех сторон хорошенечко.
Начищаем до блеска свои грузила и крючки,
Нам не надо выловить свою щуку с поврежденной губой,
Нам не надо, чтоб уронить мимо рта хлеб с маслом.

Даже если мы знаем для себя, чего мы хотим,
И нам нужна такая же непростая рыба.
Вполне бывает, что у этой щуки наших желаний
Живет в голове свой господин.
И ты тогда попадаешь на свой же крючок всех своих стараний.

***

Над речкой как-то пролетая,
Услышал Лебедь чей-то свист.
С пригорка Рак клешнёй махая,
Позвал его спуститься вниз.
Он, удивлённый, приземлился
И смехом сразу же залился.

- Ни разу в жизни я не слышал,
Чтоб рак свистел! Да на горе!
- Да, что ты ржёшь, с реки я вышел
И клад нашёл на том бугре.
Для одного тяжеловато,
Поделим поровну на брата.

- Так это ж старая телега.
- Зато лежат на ней мешки,
Давай толкнём её с разбега,
Добро разделим у реки.
Но Лебедь "грамотнее" был
И Раку так он говорил:

- Сходи ты лучше за подмогой,
Вдвоём нам воз не одолеть,
Я отдохну пока немного.
- Не вздумай только улететь.
Нырнул под воду старый Рак.
- Ну-ну, давай, плыви дурак!

Надел хомут на шею Лебедь-
Решил телегу укатить,
И в ней мешков штук восемь-девять
Он не хотел ни с кем делить.
Тянул да крыльями махал,
В упряжке три часа порхал.

Вот выполз Рак, ведёт он Щуку,
Клянётся ей процент отдать,
Глядит, а Лебедь эту штуку,
Зараза, мылится угнать.
- Меня хотел ты, значит, кинуть?
- Нет, разминаюсь, чтобы сдвинуть...

И тут втроём они вцепились,
А тащат каждый кто куда,
И так они весь день трудились,
Но не видать плодов труда.
- Зачем пернатый ты взлетаешь?!!
- Куда ты раком воз толкаешь?!!

Такие вопли раздавались
От бесполезной толкотни.
Друг с дружкой лишь переругались
И обессилили они.
Что было там они не знали,
А чьё, и знать-то не желали.

Мужик на лошади приехал
Телеге колесо сменить,
Лошадку в упряжь - там потеха,
Решил он дичь в мешок сложить.
Так жадность всех троих сгубила.
Другим чтоб неповадно было.

***

Ты знаешь друг, куда мы все попали?
В какую провалились мглу?
Ведь даже отблески согревшихся проталин
Напоминают черни целину

Что мы нашли? Зачем искали?
Артезианскую в погибшем роднике,
Покуда Моисеевы скрижали
Мы прОдали за рай невдалеке.

Куда идёт? К чему стремиться?
Страна, где праведники-тир,
А нечестивцы падальною птицей
Взлетают на господский пир

На этом празднинстве „чудесном"
Поёт и пляшет скверный люд,
Министр, депутат с оркестром
Решили выбрать лучшее из блюд

Затанцевала официанта авторучка
В итоге выбрав даже барракуду,
Чиновник заказал нежданно щучку,
Захохотав: " к народу ближе буду!"

Саму себя освежевая,
Трясётся щука на столе
И не подскажет бедной стая,
Что сгнила рыба в голове.

***

Щука хороша в пироге,
Но водится она не везде!
Ищи ее в местах для засады –
И не жалей трудов – будет тебе улов!

*** 

Щука тебе пишет пугая,
а ведь ты не чего не знаешь…
ты карась, бросившись наутек,
отрастишь себе жирный бок!
Впредь не будешь ты других рыбок бояться,
но на зиму придется все же в ил закопаться…

Ты, карасик, плыви , плыви, -
Звезды знают о нашей любви!!!
Весной, когда на икромет ты поплывешь,
Брата-щуку ты поймешь!!!

***

В любом походе для готовки есть меню,
Запас продуктов нужных тащим мы из дому,
Чтоб есть горячими их раза три на дню…
И лишь с добычей можно сделать по-другому.

Добыча скрашивает скудный рацион,
И станет стол походный несравненно краше…
А если же в меню окажется лимон,
Вам привлекательнее станут даже каши.

Кто хоть когда-нибудь в походе жарил щук,
Признайтесь честно – всё же щука суховата…
Хотите, блюдом в маринаде угощу?
Тогда читайте то, что сделать будет надо.

Для маринада нужен водяной раствор,
Лимон в его основе, специи по вкусу,
И сотворится вмиг со щукой волшебство,
И будет блюдо ваше на пятёрку с плюсом.

За три часа до жарки в свежий маринад
Кладём кусочки щуки, тонко нарезая,
Им пропитаться щука полностью должна –
Чтоб сочной стать от кислоты внутри и с краю.

В кипящий жир кладём кусочки в сухарях,
Смешав оливковое с постным маслом вместе,
Что повышает щуки вкус благодаря
Их лучшим качествам, давным-давно известным.

В конце поджарим лук и золотистый цвет
Сольётся с цветом щуки, жаренной доселе…
Не удивляйтесь, что на блюде щуки нет,
Хотя была недавно… Значит, щуку съели!!!

Нюанс один я по секрету передам –
Ведь самый сочный вкус у щук лишь с пылу-с жару!
Остынут, сочность исчезает вмиг и вам,
Не обойтись, чтоб съесть их после, без отвара.

*** 

Беда, коль пироги начнет печи сапожник,
А сапоги тачать пирожник,
И дело не пойдет на лад.
Да и примечено стократ,
Что кто за ремесло чужое браться любит,
Тот завсегда других упрямей и вздорней:
Он лучше дело всё погубит,
И рад скорей
Посмешищем стать света,
Чем у честных и знающих людей
Спросить иль выслушать разумного совета.
Зубастой Щуке в мысль пришло
За кошачье приняться ремесло.
Не знаю: завистью ль ее лукавый мучил,
Иль, может быть, ей рыбный стол наскучил?
Но только вздумала Кота она просить,
Чтоб взял ее с собой он на охоту,
Мышей в анбаре половить.
«Да, полно, знаешь ли ты эту, свет, работу?»
Стал Щуке Васька говорить:
«Смотри, кума, чтобы не осрамиться:
Не даром говорится,
Что дело мастера боится».—
«И, полно, куманёк! Вот невидаль: мышей!
Мы лавливали и ершей».—
«Так в добрый час, пойдем!» Пошли, засели.
Натешился, наелся Кот
И кумушку проведать он идет;
А Щука, чуть жива, лежит, разинув рот,—
И крысы хвост у ней отъели.
Тут видя, что куме совсем не в силу труд,
Кум замертво стащил ее обратно в пруд.
И дельно! Это, Щука,
Тебе наука:
Вперед умнее быть
И за мышами не ходить

***

По пруду скользим, как дым,
Под наметом тополевым.
Я вздымаюсь на носу
И веслом каскады рою,
Он, зажав в руке лесу,
На корме сидит с блесною.
Сердце, — бешеный комок,—
Отбивает: щука-щука!
Оплываем островок,
На корме, увы, ни звука…
Только ивы шелестят,
Запрокинув в воду шапки,
Только кролики глядят,
В изумленье встав на лапки.
Вдруг, взглянув из-за плеча,
Я застыл и крякнул… Ловко!
Александр Куприн, рыча,
Из воды сучит бечевку…
Кровожадные глаза
Полны трепетного мрака:
— Напоролась, егоза!
Не уйдешь… Шалишь, собака! —
Тянет, тянет. Не легко.
Пузырем вскипает влага:
Распластавшись глубоко,
На крючке висит… коряга

***

Ворюга! Сегодня ты пьёшь из горла.
Трубят твои медные трубы.
Державная щука навек умерла.
Остались ракетные зубы.

Не зарься на русский великий покой,
Пусть он остаётся за нами.
Пусть щука издохла. Не трогай рукой,
А то она клацнет зубами

***

В бухте, возле камышей,
Стайка рыбок-малышей.
— В догонялки — ну-ка!
— Кто там водит?
— Щука!!

***

Щуке с осени пойдёт
Сто четырнадцатый год.
Не поймаем на обед —
Проживёт ещё сто лет.

***

Для птиц силки становят,
Зверей в тенета ловят,
Мышам становят пасть,
Чтоб им в нее попасть.
Подьячие крючки имеют,
Которыми ловить людей умеют
И деньги с них берут;
Об этом все согласно врут.
А уду червяком прикроя,
Поймаешь лучшего из рыб героя.
Река
Мелка
Иль глубока —
Равно для Рыбака:
Он может поимать повсюду;
Рыбак лишь кинул в омут уду,
Тут Щука приплыла и уду трях.
О, Щука, для тебя не пища, смертный страх!
Ты хочешь червяка сорвать с крючка и скушать,
Тварь бедну погубя;
Но если хочешь ты меня послушать, —
Побереги себя

***

В озерке, среди лесов,
Был у щучки отчий кров.
Год за годом скоро шли,
Щучьи зубки подросли,
Стал могуч и грозен рост,
Стал характер щучий прост.
Суд она теперь вершит,
Жизнь привычную крушит;
Ест лягушек и жучков,
Рыбок ест и паучков!
Кто куда давай бежать,
Лишь бы смерти избежать;
Под коряги, по норам,
Неизвестным ей местам.
Как-то щука в сытый час
Перед раком кажет фарс:
— Я тебя не дура есть,
Ты, милок, костлявый весь!
Мне к стыду такой обед,
Жить нельзя себе во вред,
Но слуга мне был бы брат,
Чтоб за всеми был догляд!
Рак пред нею не робел,
Словом щуку он огрел:
— Унижаться не берусь,
Пред тобою не прогнусь!
Я в таких делах незряч,
Из меня плохой стукач!
Щучий хвост едва мелькнул,
Рак в той боли утонул.
Он на дно тихонько лёг,
Рот раскрыть уже не смог.
Слух средь жителей был скор,
Щуке все слова в укор!
Возмущаться окунь стал,
Сход в секунду он собрал,
Крепких слов не пожалел,
Гневом праведным вскипел:
— Нам ли, братцы, дальше тлеть,
Да под щучью дудку петь?
Нужно щуку обуздать,
Щуке зубы обломать!
И пошёл сплошной галдёж,
Ничего не разберёшь!
Тут пред сходом лещ возник,
С ходу бросился он в крик:
— Ничего так не решить,
Ор нам нужно прекратить!
Шумный сход мгновенно стих,
Лещ не слышит даже чих. —
В озерке вьюнок живёт,
Он умом своим слывёт;
Обратимся, посему,
Мы сейчас, друзья, к нему,
И без всяких лишних слов,
Снарядим к нему гонцов!
Пусть же даст он нам совет,
Уходить нам, или нет?
Был един шумливый сход,
Лещ и окунь правят ход.
Грот был найден ими вмиг,
В нём и жил вьюнок-старик.
Он из грота кажет нос,
Задаёт гонцам вопрос:
— Не общаюсь я ни с кем,
Потревожили зачем?
Видно, дали по зубам,
Коль я снадобился вам?
Лещ и окунь в перегляд:
«Дальновидный просто взгляд!
Коль умён он вдаль смотреть,
Дело можно с ним иметь!»
Вьюн за словом не полез,
Проявил он интерес:
— Ладно, слушаю я вас,
Излагайте без прикрас!
Окунь начал разговор,
Перед ним не прятал взор:
— Буду краток, мудрый вьюн,
Я, поверь, не говорун
И скажу, как дело есть;
Появилась щука здесь,
Вместе с нею сотня бед,
От неё житья нам нет;
Плакать хочется порой,
Наша смерть не за горой!
Дай надежду нам, спаси,
Свой совет нам огласи!
Вьюн в тех мыслях не витал,
Он ответ мгновенно дал:
— Суета тут ни к чему,
От неё беда всему,
А вот мой такой рассказ,
Щуке снесть вам в самый раз.
В гроте, мол, живёт вьюнок,
Старый, нудный старичок.
Смерти он желанной ждёт,
Лишь мечтой о ней живёт!
Пусть закусит щука мной,
Коль я старый и больной.
Лещ и окунь рты в распах,
Вязнут их слова в зубах.
Улыбнулся мудрый вьюн:
— Нет, друзья, я не болтун!
Исполняйте, что сказал,
Будет ей приём и бал!
И друзья не стали ждать,
Щуку бросились искать.
Поиск их был очень скор,
Краток был их разговор.
Щуке радость до небес,
В ней проснулся тут же бес:
— Я его в охотку съем,
Хоть и старый вьюн совсем!
Он без боли вмиг помрёт
И что умер, не поймёт;
Поспешу-ка посему
Прямиком сейчас к нему,
Вам остаться лучше здесь,
Иль мне вас придётся съесть!
Щука выгнулась дугой,
К гроту двинулась стрелой.
Там у грота кажет глаз,
Пред вьюном пустилась в пляс:
— Эй, вылазь-ка, старый дед,
Я явилась на обед,
И давай вылазь скорей,
Предо мною не робей!
Вьюн из грота ни на метр,
Тут у грота враг в пример!
Изнутри он стал вещать,
Щучье сердце ублажать:
— Ах, какая красота,
От ноздрей и до хвоста!
Я б с тебя шедевр слепил,
Я б тебя боготворил!
Да не скульптор я и Бог,
Чтоб творить шедевры мог;
Мне б на исповедь попасть,
В покаянье том упасть!
Свято дело, ты поверь,
Время мне на то отмерь!
Щука пасть раскрыла вмиг:
— Удивляюсь я, старик!
Ты несёшь полнейший бред,
Под водою церкви нет!
Мудрый вьюн ответ ей дал,
С грустью щуке он сказал:
— Есть тут церковка одна,
Ждёт-пождёт меня она.
Посетить её не грех,
Только ты не строй помех,
А иначе не бывать,
В гроте буду умирать!
Щука нехотя сдалась,
В смехе щука затряслась:
— Будь по-твоему, чудак,
В голове твоей бардак,
Но потом тебя я съем,
Никаких тебе проблем!
Был их путь не так далёк,
Вот пред ними куполок;
Необычный, в дырках весь,
Узкий ход вовнутрь есть!
Щука встала перед ним,
Голоском трещит своим:
— Где попа ты, вьюн, найдёшь
И грехи кому прольёшь?
Я тебе, старик, не поп,
Я сама в грехах по лоб!
Щуке вьюн не стал дерзить,
Стал ей тихо говорить:
— У меня сомненья нет,
Будет батюшка — наш свет!
Встретишь ты его, поверь,
В Божий храм открыта дверь!
Тотчас вьюн хвостом вильнул,
С ходу в вершу ту нырнул,
Щука вслед за ним на ход,
Без огляда внутрь прёт!
Вьюн в одну из дырок шмыг,
На свободе был старик!
Рядом с вершей он поплыл,
Приговор ей свой гласил:
— Ты попала, щука, в срам,
Спутать с вершей Божий храм?!
Потеряешь ты окрас,
Это мой последний сказ!
Человек тот, ох, не прост,
Перед ним повесишь нос;
Исповедуйся ему,
Здесь сидишь ты почему!
Был вьюнок исходу рад,
Он домой поплыл, назад.
Заметалась щука тут,
Вслед вьюну слова идут:
— Я тебя найду, мудрец,
У тебя один конец!

Так что ты поберегись,
На пути не становись!
Скоро вьюн увидел грот,
В счастье он разинул рот;
Танцевал подводный мир,
В честь его был этот пир;
Есть заботы и друзья,
Умирать ему нельзя!
В час вечерний к верше той
Рыбачок пришёл хмельной,
Приподнял её на свет,
Щучьим весом был согрет:
— Как же щучка хороша,
Пой теперь, моя душа;
На ушицу в самый раз
И немедленно, сейчас!

Щука сразу завелась,
Рыбачку грозить взялась:
— Это что за воровство,
Ставь-ка церковь ты на дно,
А не то тебя я съем,
Никаких тебе проблем!
Рыбачок роток открыл,
Поражён словами был;
Не видал таких он щук,
Говорящих и зверюг!
Слов рыбак не пожалел,
Щуку речью он огрел:
— Это ж надо, говорит,
Смертью мне она грозит!
Ах ты, наглый рыбий хвост,
На тебя всегда есть спрос!
Я тебя в момент уйму
И ни разу не икну;
Быть безбожницею срам,
Это, милая, не храм!
Весел был рыбак и мил,
Всех ухой он угостил,
И не жадничал, поверь,
Ох, ушица была зверь!

*** 

Бабка щуку изловила –
Восемь суток потрошила.
Извлекла сто пять сельдей,
Сто четырнадцать сетей,
Будку с лающим Полканом,
Две пружины от дивана,
Шкаф с пушистою дохой,
Чугунок большой с ухой,
Новой марки телевизор –
Только угол был отгрызен, —
Грабли, телогрейку,
Новую скамейку,
Остров,
Деда-рыбака,
И четыре судака,
Да коляску внука –
Вот какая щука! 

***








Актеры

Актрисы

Модели

Певцы

Певицы

Спортсмены

Политики

Шоум

Рос.звезд

Мир.звезд