Стихи про реку.Стих про реку для детей

У реки на бережок
Лег крылатый ветерок
Нежно гладил травы возле переправы.
Отогрев на солнце бок,
Побежал под бугорок.
Из ручья напился,
В заводи умылся
На лугу на стог залез,
А со стога — прямо в лес.

***

Речка, реченька, река
Широка и глубока.
Ты течёшь между полей,
Городов и деревень.
Подо льдом бежишь зимой,
Разливаешься весной,
В осень листья-корабли
Тихо плавают все дни.
Ты для рыбы-дом родной.
Для животных-водопой.
Звёздам-зеркало большое.
По ночам они не спят.
До утра в тебя глядят.

***

В легкой лодке на шумной реке
Пела девушка в пестром платке.

Перегнувшись за борт от тоски,
Разрывала письмо на клочки.

А потом, словно с лодки весло,
Соскользнула на темное дно.

Стало тихо и стало светло,
Будто в рай распахнулось окно.

 ***

Давно ли, речка голубая,
Давно ли, ласковой волной
Мой челн привольно колыхая,
Владела ты, источник рая,
Моей блуждающей судьбой!

Давно ль с беспечностию милой
В благоуханных берегах
Ты влагу ясную катила
И отражать меня любила
В своих задумчивых струях!..

Теперь, печально пробегая,
Ты стонешь в сумрачной тиши,
Как стонет дева молодая,
Пролетный призрак обнимая
Своей тоскующей души.

Увы! твой ропот заунывный
Понятен мне, он — ропот мой;
И я пою последни гимны
И твой поток гостеприимный
Кроплю прощальною слезой.

Наутро пурпурной зарею
Запышет небо,- берега
Блеснут одеждой золотою,
И благотворною росою
Закаплют рощи и луга.

Но вод твоих на лоне мутном
Все будет пусто!.. лишь порой,
Носясь полетом бесприютным,
Их гостем посетит минутным
Журавль, пустынник кочевой.

О, где тогда, осиротелый,
Где буду я! К каким странам,
В какие чуждые пределы
Мчать будет гордо парус смелый
Мой челн по скачущим волнам!

Но где б я ни был, сердца дани —
Тебе одной. Чрез даль морей
Я на крылах воспоминаний
Явлюсь к тебе, приют мечтаний,
И мук, и благ души моей!

Явлюсь, весь в думу превращенный,
На берега твоих зыбей,
В обитель девы незабвенной,
И тихо, странник потаенный,
Невидимым приникну к ней.

И неподвластный злым укорам,
Я облеку ее собой,
Упьюсь ее стыдливым взором,
И вдохновенным разговором,
И гармонической красой;

Ее, чья прелесть — увлеченье!
Светла, небесна и чиста,
Как чувство ангела в моленье,
Как херувима сновиденье,
Как юной грации мечта!

***

Реки вы, реки, веселые реки,
С вами расстаться я должен навеки.

Горы высокие, снежные дали,
Лучше б глаза мои вас не видали!

Сердце взманили зарею багряной,
Душу мне сделали гордой и пьяной.

Чаща лесная, ручей безыменный —
Вот где темница для страсти надменной.

Страсти надменной, упорной и пьяной,
Бурно стремящейся к воле багряной.

Но не поверю, чтоб вновь не видали
Очи мои лучезарной той дали.

В тесный ручей я уйду не навеки,
Снова вернусь к вам, веселые реки.

 ***

Ехал Грека через реку,
Видит Грека – в реке рак.            
Сунул Грека руку в реку, -
Рак за руку Греку ЦАП !

Раки сразу лезут в драки,
Грустно в реках жить без драк.
Раки злые, как собаки, -
Рад при виде Греки рак.

Раки в реках мрут от скуки,
Грека, рак ведь не дурак.
Суй пореже в реку руки, -
Враз прокусит руку рак! 

***

Бежит река, в тумане тает,
Бежит она, меня дразня.
Ах, кавалеров мне вполне хватает,
Но нет любви хорошей у меня.

Танцую я фокстрот и вальсы,
Пою в кругу я у плетня.
Я не хочу, чтоб кто-то догадался,
Что нет любви хорошей у меня.

Стоит берёза у опушки,
Грустит одна на склоне дня.
Я расскажу берёзе, как подружке,
Что нет любви хорошей у меня.

Все парни спят,
И спят девчата,
Уже в селе нет ни огня.
Ах, я сама, наверно, виновата,
Что нет любви хорошей у меня. 

***

Шире мили лунная река,
Покинем берега её.
Ты, мечтатель, мой воздыхатель,
Куда б ни ушёл, я пойду за тобой.

Двое вышли смело за порог,
Пройти все сто дорог пора.
Пойдём мы туда, где ждут нас
Радуги края.
О, лунная река,
друг милый и я.

***

Была бы на свете большая река,
Как долгое лето,
И пусть бы река называлась Ока,
Но только не Лета.
И лодку достать бы, и плыть бы на ней
По воле течений,
И так начерпать до конца своих дней
Себе впечатлений.
Припев: 
Ну, а река издалека катит водицу,
Можно испить, можно удить, можно умыться.
Жизнью такой, самой простой, жили лишь боги.
Сон золотой, берег крутой, берег пологий.
И плыли б навстречу ее берега
Так сказочно просто.
Деревни, деревни, луга и стога,
Кресты на погостах.
И плыли бы звуки, родные до слез
Над гладью стекольной:
И стрекот стрекоз, и дыхание гроз,
И звон колокольный.
Припев.
Тянули б пивцо у реки мужики
С сольцою тараньки,
Стелили б дымки вдоль широкой реки
Субботние баньки.
И голые бабы бежали б к реке,
Мотая грудями,
И бросили б все рыбаки на Оке
Следить за снастями.
Припев.

Так в воду глядеться бы мне, дураку,
И плыть долго-долго,
Проплыть бы Оку и приплыть бы в реку
С названием Волга.
И плыть, как плывут облака и века,
И думать упрямо,
Что где-то еще есть большая река
С названием Кама.
Припев: 
Ну, а река издалека катит водицу,
Можно испить, можно удить, можно умыться.
Жизнью такой, самой простой, жили лишь боги.
Сон золотой, берег крутой, берег пологий.

***

Волга-матушка река,
Широка и глубока.
Жемчугом сверкают воды,
Драгоценный дар природы.

Я люблю стоять у Волги,
Зачарованной надолго
Созерцанием просторов,
Куполов церквей, соборов.

Я любуюсь водной гладью,
Как моей златою прядью
Любовался ветер-странник,
Волги царственной избранник.

Отдохнет душа немного,
Станет легкою дорога.
Поклонюсь я низко ей,
Волге-матушке моей!


Припев:
Облаков молочный цвет,
Скрасит волжский мой рассвет
Разгорятся краски дня,
Красотой своей маня.
И уносит Волга вдаль,
Всё,что мне немного жаль,
Мою молодость и грусть...
Пусть!

***

Ты неси меня, река,
За крутые берега,
Где поля, мои поля,
Где леса, мои леса.
Ты неси меня, река,
Да в родные мне места,
Где живет моя краса,
Голубы у неё глаза.
Как ночка тёмная,
Как речка быстрая,
Как одинокая луна на небе,
ждёт меня она.

За туманом огонёк,
как же он ещё далёк,
Ты мне, ветер, помоги,
милой весточку шепни.
Знаю, ждёт меня моя краса, проглядела в ночь глаза,
Как ночка тёмная,
как речка быстрая,
Как одинокая луна на небе,
ждёт меня она.

Ты неси меня, река,
за крутые берега,
Ты неси меня, река,
за крутые берега.
Голубы у неё глаза,
Как ночка тёмная,
Как речка быстрая,
как одинокая луна
На небе, ждёт меня она.

***

Закончив дня прошедшего свершения,
Чтоб дать земле немного отдохнуть,
Владыка Солнце с огненным свечением
За горизонтом завершает путь.

Раскрасив небо яркими мазками,
И попрощавшись с уходящим днем,
Шар золотой в потоке вод растаял,
Оставив лишь воспоминания о нем.

Приняв закат в прохладные объятья,
И растворив его огонь в волнах,
Река ласкает горизонт лобзанием,
Выплескивая нежность небесам.

В закатный час все тайною покрыто,
Все замерло в предчувствии чудес,
И тенью незаметно подступает
В почти угаснувшем закате лес.

Река… Закат..… бескрайние просторы….
И небосклон в пушистых облаках,
Устало Солнце скрылось с горизонта…
Настала Ночь , День успокоив в снах…

***

Жизнь моя - река длинною в жизнь .
Протекает ,очень скоротечно.
Оглянулся вроде и не жил.
Жизнь-река впадает в море Вечность.

Берега крутые у реки .
Сковывали льды порою сердце.
Оставляя мутные следы.
А  порой светлые моменты.

Припев:

Бежит река ,бежит река.
Так жизнь моя несется.
Уж близко Неба берега.
И Вечность отзовется.
Бежит река ,но с Богом я.
Христом в пути хранимая.
И во Христе вся жизнь моя.
Одна, неповторимая.


Разные встречались берега.
Были встречи очень дорогие.
Были на года и на всегда.
А,порою мимо проходили.

И ,потоки вод несут вперед.
Я касалась страшного обрыва.
Бог хранил меня от всех невзгод.
И давал для жизни моей силы.

Берега оставит речка жизнь.
И течет земное забывая.
Лишь в Иисусе моей жизни смысл.
К Вечной жизни ,неземному краю.

Ждет меня на Небе Вечный Край.
И покой в Иисусе бесконечный.
Я увижу тот Небесный Рай -
Где чудесной будет с Богом встреча.  

***

Реки серебристая рябь,
ракушки на дне в ней видны,
хорош теплый день сентября,
и будут веселые дни.

Когда Солнце снова придет,
на листьях в лесу заиграв,
и будет веселый восход,
волны в речке блеск, плесков брасс.

Река-отраженье небес,
течение времени вдаль,
а облако - письма к тебе
тех, кто тебя помнил всегда.

***

Беспечально теки, Волга матушка,
Через всю святую Русь до синя моря;
Что не пил, не мутил тебя лютый враг,
Не багрил своею кровью поганою,
Ни ногой он не топтал берегов твоих,
И в глаза не видал твоих чистых струй!
Он хотел тебя шлемами вычерпать,
Расплескать он хотел тебя веслами;
Но мы за тебя оттерпелися!
И дорого мы взяли за постой с него:
Не по камням, не по бревнам мы течем теперь,
Все по ядрам его и по орудиям;
Он богатствами дно наше вымостил,
Он оставил нам все животы свои!’ —
Так вещали перед Волгою матушкой
Свобожденные реки российские;
В их сонме любимы ее дочери:
Ока, с Москвой негодующей,
И с чадами своими сердитый Днепр,
Он с Вязьмой, с Вопью, с Березиной,
И Двина терпеливая с чадами,
С кровавой Полотой и с Улою.
Как возговорит им Волга матушка:
‘Исполать вам, реки святой Руси!
Не придет уж лютый враг вашу воду пить;
Вы славян поите, лелеете!’

***

Только станет над рекою
Тихо и тепло,
В ярких брызгах над волною
Взброшу я весло…
И помчуся чайкой дикой
Вдаль, в речную тишь,
Там, где с сонной повиликой
Шепчется камыш;
Где купавы серебрятся,
Венчики раскрыв;
Где над берегом клонятся
Ветви старых ив;
Где зеленый дед осокой
Тихо шелестит
И на самом дне глубоко
Днем русалка спит…

***

Все-то мне грезится Волга широкая,
Грозно-спокойная, грозно-бурливая.
Грезится мне та сторонка далекая,
Где протекла моя юность счастливая.
Помнятся мне на утесе обрывистом
Дубы высокие, дубы старинные,
Стонут они, когда ветром порывистым
Гнутся, ломаются ветви их длинные.
Воет погодушка, роща колышется,
Стонут сильнее все дубы громадные,—
Горе тяжелое в стоне том слышится,
Слышится грусть да тоска безотрадная…
Что же вы плачете, дубы старинные?
Или свидетели вы преступления,
Кровь пролита ли под вами невинная,
И до сих пор вас тревожат видения.
Или, быть может, в то времечко давнее,
В стругах, когда еще с Дона далекого,
Разина Стеньки товарищи славные
Волгой владели до моря широкого,—
Ими убиты богатые данники,
Гости заморские, с золотом грабленным;
Или, быть может, и сами изгнанники,
Здесь, с атаманом, молвою прославленным,
С удалью буйные головы сложили,
С громкой, кровавой, разбойничьей славою?!
Все то вы видели, все то вы прожили,—
Видели рабство и волю кровавую!

***

1

Дождик шёл. И вдруг прилёг.
Получился ручеёк.

2

Ручеёк всегда лежит,
Даже если он бежит.
Вот бы мне бы тоже
Пробежаться лёжа!

3

Мостик через ручеёк
Будем строить поперёк.
Если мостик строить вдоль…
Если мостик строить вдоль…
Если мостик строить вдо-о-о-о-о-оль….
Дальше сам. Меня уволь.

4

Мама вышла на крылечко,
Папа вышел на крылечко,
Маша вышла на крылечко,
На крылечко вышел я!
Вот четыре человечка
Сразу вышли на крылечко.
И большой беды не будет,
Даже если выйдет сто!

Если ж речка – на крылечко…
Плюх!
Если ж речка на крылечко…
Бульк!
Почему-то человечки
Начинают вдруг кричать:
Мы тебя не приглашали!
Уходи домой скорее!
Мы к тебе сегодня сами
Можем в гости заскочить!

5

Через речку мостик лёг
И лежит.
Ждёт, что к речке ручеёк
Прибежит.

Встретит речку на пути –
Красота!
Трудно речку перейти
Без моста.

Вот и ходят ручейки
Где легко.
Ведь бежать в обход реки –
Далеко!

6

Вот устала речка течь,
Повела такую речь:
У меня в прихожей течь,
У меня на кухне течь,
У меня в гостиной течь,
Да и в спальне негде лечь.
Ох, и грустные дела!
Так вся жизнь и протекла…

***

То вдруг близки, то далеки
Бегут два берега реки —
Не встретиться вовек.
К друг другу эти берега
Не подпускает та река —
Как принято у рек.

Река хохочет и бурлит.
И к морю синему рулит
Смешливая река:
— Меня ждет море впереди —
Век вам друг друга на найти!
Прощайте, берега!

Но всем угрозам вопреки
Сошлись два берега реки,
Взяв море то в дугу.
А где же та река тогда?
Исчезла в море без следа.
И больше — ни «гу-гу».

***

Днём какие были
Звуки у реки!
Громко воду пили,
Чавкая, быки.

Шёл удильщик важно,
Звякая ведром,
И гудел протяжно
Груженый паром.

А ещё мальчишки,
Словно три стрижа,
С деревянной вышки
Прыгали, визжа.

…Вечер наступает.
Гаснут облака.
Молча отдыхает
Сильная река.

Лишь плеснётся щука —
И опять ни звука.

***

Воды — свинца неподвижней; ивы безмолвно поникли;
Объят ночным обаяньем выгнутый берег реки;
Слиты в черту расстояньем, где-то дрожат огоньки.
Мир в темноте непостижней; сумраки к тайнам привыкли…
Сердце! зачем с ожиданьем биться в порыве тоски?
Мирно смешайся с преданьем, чарами сон облеки!
Чу! у излучины нижней — всхлип непонятный… Не крик ли?
К омуту, с тихим рыданьем, быстро взнеслись две руки…
Миг, — над безвестным страданьем тени опять глубоки.
Слышал? То гибнет твой ближний! Словно в магическом цикле
Замкнуты вы заклинаньем! словно вы странно близки!
Словно ты проклят стенаньем — там, у далекой луки!
Воды — еще неподвижней; ветви покорней поникли;
Лишь на мгновенье журчаньем дрогнули струи реки…
Что ж таким жутким молчаньем мучат теперь ивняки?

***

Берега, островки,
заводи с глубинами…
нарекли ж
старики
речку – птичьим именем!
Речка Гусь, речка Гусь,
берега чащобные!
я тебя не берусь
называть особенной.
Сколько вас, вот таких, –
маленьких, непризнанных,–
льётся в русло Оки
сквозь леса капризные!

Не взяла ты пока
ни красой, ни славою –
по воде облака,
будто гуси, плавают.
Поросли берега
соснами да ивами…
Ты лишь мне дорога,
речка некрасивая.
Речка Гусь, речка Гусь,
грустная, покорная,
помнишь, как нашу грусть
мы делили поровну?
Как ловил я щурят
колосной кошёлкою,
как любил я нырять
в воды твои жёлтые,
как в задумчивый час
робко рифмы комкал я,
у журчанья учась
голосу негромкому.

Речка Гусь, речка Гусь,
берега чащобные,
я тебя не берусь
называть особенной.
Много рек я встречал
глубже и красивее –
в пароходный причал
бились волны синие,
отраженье огней
на литой поверхности…
Но соблазнов сильней
было
чувство верности.
И, тебя полюбя,
не сменял – не выменял
их красу на тебя,
речка с птичьим именем.
Не сменял, не сменял –
и не буду каяться!
Наша Русь для меня
здесь вот начинается –
от мещёрской глуши
с заводями синими,
от сосновой тиши
с криками гусиными…

Снова надо идти
дальними дорогами.
Много мест на пути,
рек увижу много я.
Лишь тебя посмотреть
нет пока что случая.
Ты мне, речка, ответь:
ты по мне соскучилась?
Не скучай, речка Гусь,
речка с птичьим именем:
я вернусь!
Я вернусь!
Жди меня!
Жди меня!

***

Вольнолюбивая, доныне
Ты исповедуешь одну
И ту же истину, рабыней
В двухвековом не став плену.
Пусть нерушимые граниты
Твои сковали берега,
Но кони яростные взвиты
Туда, где полночь и пурга.
Пусть не забывший о героях
И всех коней наперечет
Запомнивший ответит, что их
В стремнину темную влечет?
Иль эти мчащиеся, всуе
Несбыточным соблазнены,
Умрут, как Петр, от поцелуя
Твоей предательской волны?

***

Сын старых африканских лунных гор,
Дом крокодилов, область пирамид!
Мы говорим: ты благ и плодовит,
Но лишь одну пустыню видит взор.

Народов смуглых нянька с давних пор,
Ты благостен? Иль твой обманчив вид
Для тех, кого работа тяготит,
Кто до Каира строй могил простер?

Нет, мрачная догадка не права!
Незнанью чудится пустыни тишь
Во всем чужом. Твоя вода жива,

Как наши реки, поишь ты камыш,
И так же омываешь острова,
И к морю так же весело спешишь

***

Я видел Волгу, как она
В сребристом утреннем уборе
Лилась широкая, как море;
Всё тихо, ни одна волна
Тогда по ней не пробегала,
Лишь наша лодка рассекала
Воды поверхность и за ней,
Ее приветно лобызая.
Струя лилась вослед, сверкая
От блеска солнечных лучей.
Спокойность чистого кристалла
Ничто тогда не нарушало;
Казалось, небеса слились,
И мир глазам моим являлся:
С двух солнцев в нем лучи лились,
Я посредине колебался.

***

Ты так податливо – упряма;
Ты так спокойна, но горда,
Шепча, веками точишь камни,
И побеждаешь их всегда!
Ты жизнь дала всему живому,
И без тебя никак нельзя…
Когда грустишь – ты тихий омут;
А в гневе – грозная река!
Ты – мощь и нежность,
Страсть и мягкость,
Уклончивая, как лоза,
Жизнь побеждает твоя кротость,
В тебе ж рождается она!
И даже смерть с тобой не спорит,
Когда на улице весна —
Увядший напоишь росток собою — он
Рвя асфальт, протянет листья в небеса!

***

Город тянется вдоль Волги,
Это наш Саратов,
Он, как крепость для охраны,
Создан был когда-то,
Для защиты государства,
И справлялся с этим,
А теперь его богатство —
Взрослые и дети,
Город вырос, стал крупнее,
И сегодня вcтретим
Дружно града день рожденья,
Поздравляю с этим!

***

Город русский на матушке Волге
Замер трепетно, замер в тревоге.
И украсился пуще прежнего,
Весь в сиреневой пене безбрежной.

Пусть продолжится поступь столетий —
От сегодня до будущих дней.
Процветайте театры, сады и музеи
В окружении светлых церквей.

Плещет Волга волной бирюзовой,
Шепчет листьями в роще дубовой.
Вся природа и весь люд честной
Поздороваться прибыл с тобой.

Будь всегда, наш Саратов, наш город,
Вечно зелен, прекрасен и молод!
Пахнет хлебом Поволжье пускай,
Рыбой полнится пусть через край!

***

Волга милая моя,
Ты красива, широка,
Посредине с островами
И крутыми берегами.
На брегах леса густые,
Города стоят большие.
Город – град Саратов
Церквями богатый.
Золочены купола
И звенят колокола.
Через Волгу мост большой,
И построили другой.
Город весь в огнях сияет
И цветной фонтан играет.
Стадионы, парки, ТЮЗы
И большие ВУЗы.
Все увидеть можно в нем,
Саратове моем.

***

Великая Волга от края до края!
Прекрасней реки я в мире не знаю!
Течёт величаво, неся свои воды,
Могучая Волга- царица природы!

Я рад, что я вырос на этой земле,
Мой город Самара — на Волге- реке.
Здесь тишь берегов, родные просторы,
Леса и поля, Жигулёвские горы!

Средь всех городов и бескрайних морей
Самара на Волге лишь сердцу милей!
Люблю я свой город, красивый, родной,
Ему признаюсь: «Я, Самара, с тобой!» 

***

Ключ, ручьи, речушки, реки…
Звон серебряных подков.
На пути далеком «в греки» —
Говор многих языков.
Ах,страна моя, красавица!
Взгляд — то ласков, то колюч.
В мире все ее касается —
Каждый дорог…
Вот в чем ключ!
Как лежит она распахнуто,
На все стороны одна…
Тут с востока и до запада
Жизнь — с рассвета дотемна..,
Ручейки, речонки, реки
Да простор — как глянешь с круч.
На погостах человеки
Ставят камень бел-горюч.
И шумят над ними милые
Где — береза,
где — сосна…
Всё — знакомые фамилии,
Дорогие имена…
До морей достигнут реки,
Даль вздохнет со всех сторон.
Сколько в каждом человеке
Перемешано имен! И по всем по тем артериям
Не проплыть на челноке.
Что — история, мистерии?
Реки…
Жилки на руке

***

Река замерзать не хотела,
она ворочалась в русле, пыхтела,
билась о берег волной,
расцветала неземной синевой…
А однажды загляделась на солнце
сквозь ледяное оконце,
и не заметила, как Мороз
её в зиму в объятьях унёс.

***

К небу восходят твои берега,
Воды твои устремляются к верхнему полюсу.
Лена великая, матерь-река,
С гордым оленем и звёздным алмазом на поясе.

Вся ты в трудах от зари до зари,
Вся ты в легендах лесных и песцовых нарядах.
Слышишь, как Волга тебе говорит
Ветром с Урала: я рядом, подруга, я рядом.

С берегом берег, давно и не вдруг
Ваши просторы сомкнулись объятья в объятья,
Сводом над вами и север и юг
Богом крещённые, вечные, кровные братья.

***

А я без Волги просто не могу.
Как хорошо малиновою ранью
Прийти и посидеть на берегу
И помолчать вблизи ее молчанья.
Она меня радушно принимает,
С чем ни приду — с обидой иль бедой.
И все она, наверно, понимает,
Коль грусть моя уносится с водой.

Как будто бы расслабленная ленью,
Течет река без шума, без волны.
Но я-то знаю, сколько в ней волненья
И сколько сил в глубинах тишины.

Она своих трудов не замечает.
Суда качает и ломает лед.
И ничего зазря не обещает,
И ничего легко не отдает.

***

Возле долины журча,
Река протекала глубокая.
Над рекой, верхушку склоня,
Стояла сосна одинокая.

Веселые дни проходили
В беседе с журчащей водой.
Они в ней себе находили
Веселый отрадный покой.

Зимою сосна засыпала,
Река покрывалася льдом,
И вьюга сосну обсыпала
Сугробами снега кругом.

А чуть лишь весна наступала,
Сосна просыпалася вдруг.
Оковы река разрывала
И разливалась вокруг.

Долина, водой залитая,
Реку представляла широкую,
И блеском солнца река залитая
Окружала сосну одинокую.

Сосна от воды подгнивала,
И с каждым ей днем становилося хуже.
В долине вода пропадала,
Река становилася уже.

Вода вся в долине пропала
И в блеске полном явилася весна.
Подгнившая сильно сосна
В глубокую речку упала.

***

Течет река неспешно по долине,
Многооконный на пригорке дом.
А мы живем как при Екатерине:
Молебны служим, урожая ждем.
Перенеся двухдневную разлуку,
К нам едет гость вдоль нивы золотой,
Целует бабушке в гостиной руку
И губы мне на лестнице крутой.

***

Все прошло, пролетело, пропало.
Отзвонила дурная молва.
На снега Черной речки упала
Запрокинутая голова.

Смерть явилась и медлит до срока,
Будто мертвой водою поит.
А Россия широко и строго
На посту по-солдатски стоит.

В ледяной петербургской пустыне,
На ветру, на юру площадей
В карауле почетном застыли
Изваянья понурых людей —

Мужики, офицеры, студенты,
Стихотворцы, торговцы, князья:
Свечи, факелы, черные ленты,
Говор, давка, пробиться нельзя.

Над Невой, и над Невским, и дальше,
За грядой колоннад и аркад,
Ни смятенья, ни страха, ни фальши —
Только алого солнца закат.

Погоди! Он еще окровавит
Императорский штаб и дворец,
Отпеванье по-своему справит
И хоругви расплавит в багрец.

Но хоругви и свечи померкли,
Скрылось солнце за краем земли.
В ту же ночь на Конюшенной церкви
Неприкаянный прах увезли.

Длинный ящик прикручен к полозьям,
И оплакан метелью навзрыд,
И опущен, и стукнулся оземь,
И в земле святогорской зарыт.

В страшном городе, в горнице тесной,
В ту же ночь или, может, не в ту
Встал гвардеец-гусар неизвестный
И допрашивает темноту.

Взыскан смолоду гневом монаршим,
Он как демон над веком парит
И с почившим, как с демоном старшим,
Как звезда со звездой, говорит.

Впереди ни пощады, ни льготы,
Только бури одной благодать.
И четыре отсчитаны года.
До — бессмертья — рукою подать.

***

Что-то мурлыча вполголоса,
Дошли они до реки.
Девичьи пушистые волосы
Касались его щеки.

Так в речку смотрелись ивы,
И так полыхал закат,
Что глянешь вокруг с обрыва —
И не уйдешь назад!

Над ними по звездному залу
Кружила, плыла луна.
— Люблю я мечтать! — сказал он.
— Я тоже… — вздохнула она.

Уселись на край обрыва,
Смотрели в речную тьму.
Он очень мечтал красиво!
Она кивала ему.

А речь шла о том, как будет
С улыбкой душа дружить,
О том, что без счастья людям
Нельзя, невозможно жить.

Счастье не ждет на пригорке,
К нему нелегки пути,
И надо быть очень зорким,
Чтоб счастье свое найти!

Звенят их умные речи,
За дальней летя мечтой…
А счастье… Счастье весь вечер
Стоит у них за спиной.

***

Возвращался третий класс
С книжками с урока.
Видит — речка поднялась,
Разлилась широко.

Где недавно был каток,
Там бушующий поток.

Речка сбросила мостки,
Вырвалась из плена.
Все ей нынче пустяки.
Море по колено!

Затопила огород,
Мчится по оврагу,
По реке петух плывет
Унесло беднягу.

Ну, теперь ему конец.
Он неопытный пловец.

Но с волной вперегонки
Вниз с крутого ската
Мчатся берегом реки
Школьники-ребята.

Они бегут к оврагу,
Вокруг ручьи текут.
Тяжелую корягу
Ребята волокут.

Петух плывет куда-то,
Несет его вода.
— Сюда!- кричат ребята.
Сюда плыви, сюда!

К реке бежит ватага,
В волну летит коряга.
За корягу, за сучки,
Зацепился край доски.

Машет крыльями петух,
Он летит на берег.
Озирается вокруг,
Счастью он не верит.

Знают все, что третий класс
Петуха сегодня спас.

***

Когда одна я, совсем одна,
И вечер свеж после жарких дней,
И так высоко светит луна,
Что земля темна и при ней,

И холодный ветер пахнет травой,
И веки смыкаются в полусне,—
Тогда является мне на стене
Река
И чёлн теневой.

А в том челне старина Гек Финн
Стоит вполуоборот;
И садится он,
И ложится в челнок,
И плывёт, закурив, плывёт…

В лучах пароходов и городов,
Один-одинёшенек-одинок,
Становится точкой его челнок,
Но не так, чтоб исчезнуть совсем,
Но не так, чтоб исчезнуть совсем.

И все ему на реке слышны
Остроты встречных плотовщиков…
Спросите: а чем они так смешны?
И смысл у них каков?

А просто — смех на реке живёт,
А просто — весело ночью плыть
Вдоль глухих берегов,
По реке рабов,
Но в свободный штат, может быть!

Вдоль глухих берегов,
По реке рабов,
Но в свободный штат, может быть…

***

Пышна в разливе гордая река,
Плывут суда, колеблясь величаво,
Просмолены их черные бока,
Над ними флаг, на флаге надпись: «Слава!»
Толпы народа берегом бегут,
К ним приковав досужее вниманье,
И, шляпами размахивая, шлют
Пловцы родному берегу прощанье,-
И вмиг оно подхвачено толпой,
И дружно берег весь ему ответит.
Но тут же, опрокинутый волной,
Погибни челн — и кто его заметит?
А если и раздастся дикий стон
На берегу — внезапный, одинокой,
За криками не будет слышен он
И не дойдет до дна реки глубокой…
Подруга темной участи моей!
Оставь скорее берег, озаренный
Горячим блеском солнечных лучей
И пестрою толпою оживленный,-
Чем солнце ярче, люди веселей,
Тем сердцу сокрушенному больней!

***

На реке форелевой, в северной губернии,
В лодке сизым вечером, уток не расстреливай:
Благостны осенние отблески вечерние
В северной губернии, на реке форелевой.

На реке форелевой в трепетной осиновке
Хорошо мечтается над крутыми веслами.
Вечереет, холодно. Зябко спят малиновки.
Скачет лодка скользкая камышами рослыми.
На отложье берега лен расцвел мимозами,
А форели шустрятся в речке грациозами.

***

Плыву вдоль волжских берегов,
Гляжу в мечтаньях простодушных
На бронзу яркую лесов,
Осенней прихоти послушных.

И тихо шепчет мне мечта:
«Кончая век, уже недолгий,
Приди в родимые места
И догорай над милой Волгой».

И улыбаюсь я, поэт,
Мечтам сложивший много песен,
Поэт, которому весь свет
Для песнопения стал тесен.

Скиталец вечный, ныне здесь,
А завтра там, опять бездомный,
Найду ли кров себе и весь,
Где положу мой посох скромный?

***

Речка горная бежит,
Солнца луч в воде дрожит
Намочу я ноги в речке.
Ух! И замерло сердечко!
Ты куда бежишь река
Свысока издалека?
Можно, я сольюсь с тобою,
Как вода из ручейка?
Рассмеялась речка звонко,
Как смешливая девчонка:
— Если смелый, заходи.
Много сказок впереди.
— Видишь, в небе облака.
Льётся солнце свысока.
Заходи, бежим со мною. –
Так сказала мне река.
Меж утёсов мы со смехом
Поиграем с горным эхом.
Наперегонки с форелью
Проберёмся по ущелью.
Чешуёй блеснула рыбка.
В небе – солнышка улыбка.
Поиграем с водопадом,
Где скала и воздух зыбкий.
Забежим на огороды,
Напоим сады и всходы.
А потом со мной – в стремнину:
Будем там крутить турбину.
Электричеством войдём
Мы с тобою в каждый дом,
Электричкою промчимся,
В школе прозвеним звонком!
Поиграв с крутым утёсом,
Отдохнём на тихом плесе,
В небо облачком взойдём,
И прольёмся вновь дождём.
Станем радугой-дугой,
В ручейке – живой водой,
И по склонам гор зелёным
Вновь вернёмся мы домой!

***

Течёт река широкая
То акая, то окая.
В неё с рожденья смотрится
Россия синеокая.

Зовёт красиво Волгою
Любимицу народную,
Рассветы любит волглые,
Дорогу к морю долгую.

Спокойно воды катятся
И умывают ласково
Россию в лёгком платьице
Из ситчика цветастого.

Издревле им привычные
Колокола на звонницах.
Российское величие
Великой Волгой полнится.

России быть Россиею
Без Волги не получится.
Была и будет сильною
С такой рекой-попутчицей.

***

Щедрая, широкая, раздольная
Волга величавая течет.
Своенравная, как птица – вольная,
Все «ключи» собрав наперечет.

Шумная, бурливая, привольная…
Теплоходы катит по волнам.
По ночам – степенная, спокойная –
Ластится к пологим берегам.

Города и села умываются
Чистою, прохладною водой.
Радугой веселой улыбаются,
Наполняя душу теплотой.

Миллионы лет во благо трудится,
Всем вокруг давая право жить.
И пока Земля – планета крутится,
Будет человечеству служить.

***

Пускай не качает она кораблей,
Не режет плечом волну океана,
Но есть первозданное что-то в ней,
Что-то от Шишкина и Левитана.

Течет она медленно век за веком,
В холодных омутах глубока.
И ни единого человека,
Ни всплеска, ни удочки рыбака!

В ажурной солнечной паутине
Под шорох ветра в шум ветвей
Течет, отливая небесной синью,
Намытой жгутами тугих дождей.

Так крепок и густ травяной настой,
Что черпай хоть ложкой его столовой!
Налим лупоглазый, почти пудовый,
Жует колокольчики над водой…

Березка пригнулась в густой траве.
Жарко. Сейчас она искупается!
Но платье застряло на голове,
Бьется под ветром и не снимается.

Над заводью вскинул рога сохатый
И замер пружинисто и хитро,
И только с морды его губатой
Падает звонкое серебро.

На дне неподвижно, как для парада,
Уставясь носами в одну струю,
Стоят голавли черноспинным рядом,
Как кони в едином литом строю.

Рябина, красуясь, грустит в тиши
И в воду смотрится то и дело:
Сережки рубиновые надела,
Да кто ж их оценит в такой глуши?!

Букашка летит не спеша на свет,
И зяблик у речки пришел в волненье.
Он клюнул букашкино отраженье
И изумился: букашки нет!

Удобно устроившись на суку,
Кукушка ватагу грибов считает.
Но, сбившись, мгновение отдыхает
И снова упрямо: «Ку-ку, ку-ку!»

А дунет к вечеру холодком —
По глади речной пробегут барашки,
Как по озябшей спине мурашки,
И речка потянется перед сном.

Послушает ласково и устало,
Как перепел выкрикнет: «Спать пора!» —
Расправит туманное одеяло
И тихо укроется до утра.

Россия степная, Россия озерная,
С ковыльной бескрайнею стороной,
Россия холмистая, мшистая, горная,
Ты вся дорога мне! И все же бесспорно я
Всех больше люблю тебя вот такой!

Такой: с иван-чаем, с морошкой хрусткой
В хмельном и смолистом твоем раю,
С далекой задумчивой песней русской,
С безвестной речушкой в лесном краю.

И вечно с тобой я в любой напасти —
И в солнечных брызгах, и в черной мгле,
И нет мне уже без тебя ни счастья.
Ни песни, ни радости на земле!

***

Реки Сибири,
как всякие реки,
начинаются ручейками.
Начинаются весело,
скользкие камни
раскалывая, как орехи…
Шальные,
покрытые пеной сивой,—
реки ведут разговор…
Но вот наливаются синей силой
тугие мускулы
волн!
Реки — еще в становленье, в начале,
но гнева их
страшится тайга,—
они на глазах взрослеют,
плечами
расталкивая
берега.
Они вырастают из берегов,
как дети из старых рубах…
В песок не уйдя,
в горах не пропав,
несут отражение облаков…

Смотрите:
им снова малы глубины!
Они нараспев
текут.
Они уже запросто крутят турбины.
Плоты на себе
волокут!
Ворчат
и закатом любуются медным,
а по ночам замирают в дреме…
Становятся с каждым пройденным метром
старее
и умудренней.
Хотя еще могут,
взорвавшись мгновенно
и потемнев, потом,
тряхнуть стариною!
Вздуться, как вены,
перетянутые жгутом!
Но это — минутная вспышка…

А после,
освободясь от невидимых пут,
они застывают в спокойной позе
и продолжают
путь.
То длинной равниной,
то лесом редким,—
уравновешенные и достойные,—
реки — легенды,
реки — истории,
красавицы и кормилицы —
реки.
И солнце восходит.
И вянут туманы…

Свое отслужив,
отзвенев,
отсказав,
реки подкатываются к океану,
как слезы
к глазам.

***

Что так шумна, бурна,
Стремительна река,
Хоть здесь ее волна
В раскате широка?

О чем ревут валы
В кипенье седины?
То ль яростью полны,
То ль чем устрашены?

Утихнет вдруг, зальет
Окрестные луга
И ласково поет,
Плеща о берега.

То вновь среди теснин
Гремит о валуны,
Спеша в простор долин,
Бросает падуны.

Иль чьею волей злой
Встревожена вода,
Изменчива порой,
Стремительна всегда?

Не удержался я
И у реки спросил:
— Что ты шумишь, кипишь,
Поток смятенных сил?

Ответила река:
— Свободою одной
Я грезила века
В темницах под землей.

В глубоких тайниках
Ждала я сотни лет
И вырвалась в горах
На волю, в мир, на свет.

Накопленную страсть,
И ненависть мою,
И счастье каждый час
Всей мощью волн пою.

Теперь свободна я,
Привольно дышит грудь,—
Прекрасна жизнь моя,
Надежен дальний путь.

Я солнцу песнь пою,
Над рабством я смеюсь,—
Вот почему шумлю
И бурно вдаль стремлюсь.

***

Бежит речка да по песочку, золотишко моет.
Молодой жульман, молодой жульман начальничка молит.
Молодой жульман, молодой жульман начальничка молит.

Ты, начальничек, ключик-в-чайничек, отпусти до дому —
Дома ссучилась, дома скурвилась молода зазноба.
Дома ссучилась, дома скурвилась молода зазноба.

Но начальничек ключик-чайничек не дает поблажки —
Молодой жульман, молодой жульман гниет в каталажке.
Молодой жульман, молодой жульман гниет в каталажке.

Ты парнишечка, ты бедняжечка, тут предмет особый
Тот начальничек ключик-в-чайничек спит с твоей зазнобой.
Тот начальничек ключик-в-чайничек спит с твоей зазнобой.

Ходят с ружьями курвы стражники днями и ночами.
Вы скажите мне, братцы-граждане, кем пришит начальник?
Вы скажите мне, братцы-граждане, кем пришит начальник?

Бежит речка да по песочку, моет золотишко.
Молодой жульман, молодой жульман заработал вышку.
Молодой жульман, молодой жульман заработал вышку

***

У тихой речки детство проводя,
Про Волгу зная только понаслышке,
Среди кувшинок весело галдят
Народ забавный — сельские мальчишки.

И мне сначала было невдомек,
Что в мире есть еще и не такое,
Считал я долго тихий ручеек
Ну самой настоящею рекою.

Потом Печора, Волга и моря,
Восторженное бешенство прибоя.
Из-за безбрежья бьющая заря
Огнем лизала море штормовое.

Я до тебя любви большой не знал,-
Наверно, были просто увлеченья.
За Волгу я наивно принимал
Речушку межколхозного значенья.

Ждала поры любовная гроза,
Был день капельный, ласковый, весенний.
Случайно наши встретились глаза.
И это было как землетрясенье.

Неси меня на вспененном крыле,
Девятый вал!
Я вас узнал впервые,
О, лунная дорога в серебре,
О, волн тяжелых гребни огневые!

***

Передо мною горы и река.
Никак к разлуке я не привыкаю.
Я молча, как вершина, протыкаю
Всех этих дней сплошные облака.
Ты проживаешь сумрачно во мне,
Как тайное предчувствие бессмертья,
Хоть годы нам отпущены по смете, —
Огонь звезды горит в любом огне.
Мой друг! Я не могу тебя забыть.
Господь соединил хребты и воды,
Пустынь и льдов различные природы,
Вершины гор соединил с восходом
И нас с тобой, мой друг, соединил.
Когда луна взойдет, свеча ночей,
Мне кажется, что ты идешь к палатке.
Я понимаю, ложь бывает сладкой,
Но засыпаю с ложью на плече.
Мне снится платье старое твое,
Которое люблю я больше новых.
Ах, дело не во снах и не в обновах,
А в том, что без тебя мне не житье.
Мой друг! Я не могу тебя забыть.
Господь соединил хребты и воды,
Пустынь и льдов различные природы,
Вершины гор соединил с восходом
И нас с тобой, мой друг, соединил.
Отвесы гор, теченья белых рек
Заставят где-нибудь остановиться.
Я знаю — будет за меня молиться
Один — и очень добрый — человек.
Огней аэродромная строка
Закончит многоточьем это лето,
И в море домодедовского света
Впадет разлука, будто бы река.
Мой друг! Я не могу тебя забыть.
Господь соединил хребты и воды,
Пустынь и льдов различные природы,
Вершины гор соединил с восходом
И нас с тобой, мой друг, соединил.










Актеры

Актрисы

Модели

Певцы

Певицы

Спортсмены

Политики

Шоум

Рос.звезд

Мир.звезд